Такой же тупой озабоченный урод, как и Уильямс!
Попятилась к выходу, пока все продолжали хлопать и орать мне в след… Последним, что я увидела, было то, как второй друг, кажется, его звали Вильям, шепнул что-то Эрику на ухо, после чего тот демонстративно приложил ладонь к горлу, делая пугающий жест…
Мой воспаленный мозг предположил, что в Средневековье после такого жеста отправляли ведьм на гильотину. Жеребцы, мать вашу…
Быстро вылетела из помещения и, не оглядываясь, побежала вперед. Господи, я всего лишь хотела отыграться – вчера он облил меня пивом, а сегодня сделал подсечку, после чего вся столовая лицезрела мою пятую точку!
Это всего лишь были ответные действия – я плеснула ему в лицо молоком! Ослепленная гневом и унижением, мне показалось, что это единственный способ показать им всем, что я не глупая кукла для битья! Тоже могу прислать ответку!.
.
Но после ужасающей тирады Уильямса, внутренности до сих пор были покрыты инеем. Чего только стоил этот его странный дружок Демиан… Похоже, у него вообще не все дома – таращился на меня, поглаживая свой член… Вот извращенец!
«Неееет… Неужели всё это происходит со мной?!» Осталось только стать изгоем на всех студенческих тусовках и вечеринках… Хотя, кого я обманывала?! Издала истерический смешок – отец все равно контролировал каждый мой шаг и теперь долго не выпустит из дома…"
"Ноги сами привели в просторный холл библиотеки.
Следующей парой стояла литература, но, увы, сегодня я никак не могла сосредоточиться на Бальзаке. Заняла самый удаленный столик в конце читального зала, и с видом античного мыслителя открыла перед собой какой-то учебник.
«Какой-то» – потому что я минут десять пялилась в буквы, написанные мелким шрифтом, но так и не вникла, что вообще читаю…
Боже, да что здесь вообще творится?! Сама не своя уже вторые сутки в Париже…
Последние три года мы с отцом провели в Америке. Он работал в консульстве, а я училась в самой обычной школе, и была одной из тех, кто тянет на своем горбу всех лодырей класса.
Пока мои однокласснички предавались веселью и радовались жизнью, я только и делала, что корпела над учебниками!
У нас с отцом была договоренность, что до 18-летия я не имею права ходить по злачным заведениям и возвращаться домой позднее одиннадцати вечера…
– Селеста? – резко дернула головой, ощущая, как уголки рта машинально искривились в неловкую улыбку. Глупо хлопала ресницами, пытаясь подобрать слова, но мой ночной спаситель, широко улыбнувшись, опередил меня.
