Он стоит на один пролет ниже, подперев стену плечом, глядя куда-то в окно. Задумчивый. Напряженный.
Я вот только не понимаю: в какой момент у нас все пошло наперекосяк?
Скрип закрывающейся двери выдает мое присутствие. Илай поворачивает голову, и я на мгновение вижу тень усталости на его лице. Но затем она сменяется холодом.
Багиров подходит. А у меня пульс ускоряется от понимая, в какую сторону мы сейчас повернем. Не таким я представляла этот вечер…
— Два шага вперед и десять назад, да?
Молчу.
— И сколько мы еще танцевать так будем?
— А это ты у себя спроси, Илай.
Складываю руки на груди, нервно постукивая пальцами по предплечью. Господи, да пошел к черту этот контроль!
— Когда ты собирался мне сказать? И вообще, — тяжело дышу, — собирался ли?
Его взгляд темнеет, и все становится понятно без слов: он знает, о чем я.
Глава 44
Илай качает головой, его кадык дергается, когда он сглатывает, пока я задыхаюсь в ожидании ответа.
— Я собирался поговорить, — наконец произносит он.
— Но ты ведь уже придумала свою версию и не поверишь мне, да?
Я всплескиваю руками.
— Не знаю, Илай! Я… — трясу головой, — я ничего не знаю! Ты не особо посвящаешь меня в свои планы!
— Успокойся, — он выставляет ладони в примирительном жесте. — Мы сейчас все обсудим.
Я втягиваю носом воздух, пальцами зачесываю волосы назад и выдыхаю немного истерично:
— Господи, да что мы обсудим?
— Наши отношения, — его голос понижается, и я слышу, что ему не нравится тон нашей беседы.
— Я думал, вы поедете со мной.
— Думал он, — грустно усмехаюсь и отворачиваюсь, закусывая нижнюю губу. Эмоции пульсируют в голове. Поэтому даю себе несколько секунд перевести дух, а затем поворачиваюсь и сухо отвечаю: — Нет.
Илай хмурится в замешательстве.
— Что — нет?
— Мой ответ — нет. Мы с Кириллом никуда не поедем.
Я вижу, как у Илая дергается щека, но в остальном он остается безэмоциональным.
— Почему? — сдержанно интересуется он.
Тяжесть наполняет мою грудь, превращаясь в тошнотворное чувство.
Возможно, если бы у нас было больше времени… если бы я была уверена в том, что моя правда не заставит Багирова наделать глупостей … я смогла бы довериться ему полностью, но… Я не могу.
Мне страшно рассказать Илаю об истинной причине моего бегства. Я боюсь, что, если произнесу его имя вслух, моему счастью придет конец. Оно исчезнет. Физически. Он его уничтожит. Нас. Я не хочу рисковать ни сыном, ни Илаем, ни собой.
