Интересно, как она теперь будет себя вести?
— Ой, да плевать! Я корону ей быстро поправлю! Нет, ну надо же было святошу из себя строить! А что в итоге? Овца, блин!
— Да погоди ты, Лесь, — начинает вполголоса Марина. — А что, если нам использовать ситуацию в свою пользу? Ну ты прикинь, через эту дурочку мы доберемся до самой элиты! Будем ходить на вечеринки с крутыми парнями! Станем популярными в универе и заработаем себе авторитет среди старшекурсников!
Леся хмыкает и шум воды прекращается.
— Ладно, подумаем, как быть, может, Марина и права.
Понюхай, пахнет сигаретами?
— Нет, а от меня?
— Нет, ну все, пойдем на пары, а то и так опаздываем, — голос Леси становится равнодушным и холодным. — А ты, Ириш, не переживай, не сдадим тебя. Увидим – сделаем вид, что все как обычно. Мы еще эту сучку хитрожопую проучим.
Гул голосов стихает вместе с клацаньем каблуков. Хлопок дверью, а потом в туалете повисает тяжелая тишина.
Я делаю вдох, затем еще и еще, а когда выдыхаю – из глаз проливаются слезы, которые я больше не могу сдерживать.
17.2
Толчок в плечо отвлекает меня от бездумного рисования на полях тетради.
— Что-то случилось? — шепчет Ира, а у меня тошнота подступает к горлу от ее лицемерия. — Почему ты плакала?"
"— Все нормально, — бурчу я, не глядя на соседку. Я не могу на нее смотреть после того, что услышала в туалете.
— Алис…
— Давай не будем отвлекаться от лекции, — прерываю я ее и крепче сжимаю ручку в кулаке.
Ира больше не предпринимает попыток заговорить, и я невероятно ей благодарна за это.
Мне нужно время, чтобы эмоции улеглись и не поднимали головы от одного звучания голоса этой предательницы.
Следующие пары я продолжаю избегать общения с ней. Любыми способами. Делаю вид, что звоню по телефону в перерыве, разговариваю с Владом, общаюсь с преподавателем или ухожу в туалет. Все что угодно – лишь бы только не контактировать с Ирой.
Почему-то на нее я обижаюсь больше всего: я доверилась ей и, мне показалось, что она искренне поддержала со мной беседу, поняла меня и не осудила.
И так же искренне пообещала никому не рассказывать о том, что я ей доверила. Но я ошиблась. Очень сильно.
Я надеюсь, что к тому времени, как мы все встретимся в столовой, я смогу себя перебороть и не подать вида, что слышала всю грязь, которую они вылили в туалете. Но… я не могу. Я еще никогда не чувствовала себя настолько грязной, преданной и уязвимой.
— Вот ты где! — Ира появляется из ниоткуда, и я вздрагиваю, сворачивая к лестнице.
