Жестокий. В уплату долга

– Не ной, чего ты как маленькая? – буркнул недовольно, всё ещё удерживая её, но уже без прежнего азарта. Такой кайф обломала своими слезами.

– Я не хочу! Не так! Это мерзко, ты не понимаешь? – размазывает ладонью по щекам сопли и слёзы, кривится в очередном приступе.

Булат разжимает руки, отпускает.

– Чего ты хочешь взамен? Говори.

Она быстро успокаивается, шмыгает носом. Актриса погорелого театра, бл…

– Ты обещаешь не брать меня силой? – и взгляд такой доверчивый, глазищи огромные. Вот сучка. Играет с ним.

– Ну, если ты согласишься на мои условия, – упёрся руками в стойку по обе стороны от неё, словно заключая в ловушку.

Чтобы не расслаблялась и не думала его дурачить.

– Я постараюсь. Только дай мне время… – Ещё бы сказала: чтобы получше узнать друг друга. – Я хочу сначала узнать тебя получше. – Ага, отлично. Как он и думал.

– Что ты хочешь знать? – спросил уныло, отталкиваясь от стойки и отходя от неё к бару.

– Я много хочу узнать. На это уйдёт какое-то время, – продолжает гнуть свою линию нахальная девка.

– В Шахерезаду решила поиграть?

– А ты что, после ночи со мной казнить собираешься? – надула губы, промокнув салфеткой глаза.

Знала бы она, насколько права в своей шутке. Казнить, может, и не собирался, но сделать так, чтобы больше не досталась никому – уж точно. Слишком хорошо Булат знал своего брата. Тот не выдержит его счастья, заберёт девчонку себе. Или что-нибудь сделает с ней. К примеру, сожжёт.

– Ты если думаешь, что я повёлся на твою истерику, ошибаешься, красивая.

Просто не люблю сношать ревущих баб. Удовольствие не то. Но если по-хорошему не захочешь, я пугать больше не стану. Сделаю всё, что захочу. Так что, давай, узнавай меня получше скорее, пока терпение не лопнуло.

А и правда, что это он с ней в кошки-мышки играется? Никак влюбился, идиот?

Смешно. Булат не умеет любить. Только обладать, владеть, пользоваться, брать. Это да. Это он умеет. А вот с любовью как-то тяжко у него. Казалось, Машку любил, и вон как всё закончилось. Теперь, конечно, он понимает, что то не любовь была вовсе.

Одержимость, скорее. Кто-то цветочки да конфетки девкам таскает, кто-то стихи им пишет. А он поджигает. Мда…

– Я плохо себя чувствую. Можно я пойду посплю? Пожалуйста, – пропищала девчонка, и он кивнул, наполняя бокал соком. Если выпьет чего-нибудь алкогольного, точно не сдержится.

Нееет… Он точно псих. Теперь уже я в этом не сомневалась. Маньяк и психопат. Однозначно.

А глаза… Что с его глазами творилось? Он словно обезумел.