– Блядь… Что же это, а? – шепчу, привалившись к прохладной кафельной стене.
Меня прошибает ледяным, липким, как патока, потом, снова тошнит, но рвать больше нечем. Кажется, я выблевала все внутренности, хотя таки стало легче.
– Эй, ты где? – слышу оклик Вахи из комнаты. – Тут это… К тебе пришли!
– Чего? – выхожу из ванной, вытирая лицо влажным, прохладным полотенцем. Тошнота прошла, но теперь я чувствую себя, как выжатый лимон.
– Что это с тобой? Заболела?
– Не твоё дело, – отрезаю ему. Мы не станем друзьями.
Никогда. И теперь у меня даже цели такой нет.
– К тебе пришли. Сестра, – добавляет мрачно. – Она за дверью, ждёт твоего разрешения войти.
– А у меня есть выбор? – спрашиваю как можно равнодушнее, хотя сердце снова начинает колотиться в груди. Я не хочу её видеть. Не хочу видеть ту, кого считала семьёй, по кому так сильно скучала. Не хочу видеть то чудовище, в которое она превратилась.
– Выслушай её. Просто выслушай, – Ваха снова играет в миротворца? Как забавно. А ведь это он при первой же нашей встрече пытался меня изнасиловать в подвале.
И если бы Басаев не дал ему отмашку прекратить, он бы довёл начатое до конца. Я всё помню. Ничего не забыла и не забуду.
– А если я прямо сейчас позвоню Имрану и сдам вас? Как тебе такой вариант развития событий в нашей мыльной опере, а?
– Вообще-то шеф сам разрешил вам встретиться. Маша здесь с его позволения.
Отлично. А я уже и забыла, насколько Басаев подонок. И тут не упустил случая, чтобы сделать мне больно. Садист долбаный.
– В таком случае не вижу смысла отказываться, – а если быть точнее, то мне просто никто не позволит.
Не отстанут ведь. А мне так хочется сделать вид, что я ещё хоть что-то решаю. – Зови свою подружку.
ГЛАВА 20
– Привет, – Машка входит в комнату, и сразу же пространство заполняется запахом дорогого парфюма и шика.
Вот она, та самая Машка, которая копала в нашем саду червей, чтобы пойти на рыбалку и поймать нам рыбину на обед. Та самая Машка, которая стирала старичку-соседу его портки, чтобы заработать нам на хлеб.
А теперь она стоит передо мной в бриллиантах и шубе с явно наращёнными волосами и ресницами. Красивая. Шикарная. Только это уже не моя Машка. Эту стерву я не знаю."
"– Рада, что твоя мечта жить красиво сбылась, – горько усмехаюсь. Я, и правда, очень рада за свою сестру. Жаль только, в ней ничего человеческого не осталось. Лишь брюлики да ухоженная оболочка.
– Ах, это? – она улыбается, разводит руками, в которых держит большие бумажные пакеты.
