– Что ты несёшь? – его голос равнодушен, вернее, Имрану хочется, чтобы он был таковым. И, тем не менее, я слышу заинтересованность и явное неверие.
– Что слышал. Машка моя сестра.
Снова тишина, а через пять секунд звонок сброшен, и прервала его не я. Тут же слышу звук мобильника Вахи где-то в коридоре. Гаденько усмехаюсь, зная, что тому снова влетит. И мне его совсем не жаль. Мне никого из них не жаль.
Пока я принимаю душ, молчаливая прислуга быстро убирается в комнате, складывает мои разбросанные вещи и оставляет тележку с завтраком.
Все блюда на тарелках под большими, пузатыми крышками, чтобы сохраняли тепло. На столе приборы на одну персону, чашка кофе и графин с соком. Под крышками нахожу омлет с беконом, сырные и мясные нарезки, овощи, блинчики и зелень. Мне кажется, или меня начали получше кормить? Эх, надо было раньше завести среди бандитов родственников. Глядишь, давно бы уже качество жизни улучшилось.
Как назло есть особо не хочется, но я упрямо заталкиваю в себя пищу, чтобы набраться сил.
Наедаюсь до отвала и, сложив посуду обратно на тележку, толкаю её в коридор. Закрываю дверь, запрыгиваю на кровать. Включаю телевизор и принимаюсь перещёлкивать каналы в поиске новостей. Утренний выпуск ничем не радует, о Шамаеве больше не говорят, и я переключаю на какую-то сопливую мелодраму. Под неё и засыпаю.
***
Просыпаюсь от какого-то толчка. Будто слабое землетрясение. А может, мне показалось? Да и не спала я толком. Так, дремала. Словно забылась на какое-то время, хотя мозг всё это время продолжал генерировать мысли.
И снова толчок. Нет, мне не кажется. Кто-то меня трогает?
Сажусь. Медленно, со стоном, как старушка. Ломит всё тело и почему-то опять тошнит. В спальне я одна, и что послужило причиной пробуждения, пока не понимаю. Нехотя свешиваю ноги с тёплой кровати, смотрю в окно напротив. Жалюзи уже открыты, хотя, когда я засыпала, они были закрыты. Кажется, прошло несколько часов.
– Еда, – слышу чей-то мягкий голос с акцентом, поворачиваюсь к его источнику.
Та самая женщина в платке.
– Я не голодна, спасибо.
Но она толкает тележку к столу, молча накрывает.
– Нужно есть. Так приказал хозяин, – и уходит.
– Ну и катись. Вместе со своим хозяином долбаным, – ворчу ей вслед.
Приподнимаю самую большую крышку, пару секунд смотрю на омлет с креветками, а после, прижав ладонь ко рту, мчусь в туалет, где меня снова выворачивает наизнанку. Вот, что меня разбудило. Тошнота. Мерзкая, гадкая, до боли в желудке.
