Даже когда у плиты находился молчаливый повар, мне никто не воспрещал брать продукты или уже готовые блюда.
Закончив с душем и одеждой, я повертелась перед зеркалом, на какое-то мгновение залипла на своём отражении. Что во мне такого? Что он нашёл во мне? Почему он так сильно меня хочет?
А он хочет. Я почувствовала это вчера, на его члене, которым он едва меня не порешил.
А Булат?
Да эти мужчины могли бы иметь любую женщину. Любую! Но вцепились в нас с Машкой, словно… Точно. Машка. Они оба были влюблены в неё.
А я, видимо, похожа на сестру больше, чем мне казалось раньше.
Склонив голову, попыталась найти схожие черты и к своему удивлению таки нашла. И немало. Машка чуть выше меня и немного шире в кости. А в остальном… Мы действительно похожи. Особенно лицо: овал, губы, разрез глаз, нос. Поэтому и узнали друг друга сразу же. И это после стольких лет разлуки. А ведь мы обе порядком изменились.
Интересно, я стану такой же, как она? Злобной, ледяной, мстительной? Или я уже такая, просто не замечаю в себе перемен?
И тут же качаю головой.
Нет. Я не такая, как она. Я бы ни за что не стала мучить абсолютно незнакомого человека просто из мести другому. Я бы не стала рушить чужую жизнь просто из прихоти или ненависти. Да я даже Басаева пырнуть вчера не смогла. Хотя нож у его тарелки лежал совсем рядом. Я могла просто протянуть руку и схватить его. И вонзить этому мужику в глотку или в глаз. Я могла. Физически это было возможно. Он потерял бдительность и смотрел либо мне в глаза, либо ниже, на моё тело.
И я совру, если скажу, что у меня в голове не промелькнула эта мысль… Но я струсила. А Машка, я думаю, не испугалась бы. Она бы запросто убила, если бы ей так захотелось.
Не похожи. Совсем разные. И Имран с Булатом слепы, если не видят этого.
На кухне было пусто, что не могло не радовать. Прислуга, закончив свои дела, разбежалась по углам особняка, где, видимо, слилась со стенами. Мне иногда казалось, что они действительно так умеют. Правильно, кому бы хотелось встретиться в мрачном коридоре с хозяином этого дома?"
"На столе меня ожидал ещё тёплый омлет с ветчиной и сыром, и я впервые за последнюю неделю, не мучаясь от тошноты, судорожно сглотнула наполнившую рот слюну.
Из холодильника достала нарезки и маслины, сунула в тостер пару кусков хлеба. Пока поджаривались тосты, налила себе чёрного чая и уселась на стул. Но стоило мне поднять глаза на вошедшую тут же Машку, аппетит будто ветром сдуло.
