Слишком хорошо знаю своего личного монстра.
– Я не знаю.
Он усмехается, но усмешка эта говорит о веселье меньше всего. Впервые за всё время нашего знакомства, я вижу в его глазах тревогу.
– Сандра, я хорошо знаю, каково это, когда едет крыша. Переживал подобное и не раз. Я помогу тебе. Просто положись на меня, хорошо? – и, не дожидаясь моего ответа, подхватывает на руки, отрывая от пола, с которым я почти срослась. – Иди ко мне, малышка. Всё хорошо. Я рядом. Я помогу тебе, – успокаивающе шепчет мне в висок, пока несёт до дивана.
Я же глубоко дышу, пытаясь справиться с накатившей истерикой. За стеной мой сын. А я… Я в абсолютном раздрае и уже не понимаю, где правда, а где очередная жестокая игра моего подсознания. Или не его…
– Посмотри, – посадив меня на диван, опускается на колени, широко расставив ноги. – Посмотри на меня, Сандра.
А я боюсь поднять глаза, потому что не верю. Не верю даже себе.
– Я сказал, смотри на меня, – звучит уже более жёстко, а пальцы крепко сжимают подбородок и силой поднимают моё лицо.
– Кого ты увидела во мне?
– Имран, – имя моего страшного врага звучит пугающе. – Это ведь ты.
– Разве ты не помнишь, как он выглядел? – пытает безжалостно, заставляя возвращаться туда, куда возвращаться никогда не хотела бы.
– Помню, – и никогда не забуду. Его лицо врезалось в мой мозг незаживающей, гноящейся татуировкой.
– Тогда в чём дело? Мы настолько похожи? – насмешки в голосе нет, но это ничего не значит. Басаев опытный кукловод.
Я изучаю каждую чёрточку, каждую морщинку на его лице, и чувствую, что вот-вот действительно чокнусь.
– Не похожи. Ты и есть он.
Он резко отпускает меня, поднимается с колен и уходит на кухню. Смотрю через арку, как наливает воду в стакан, а затем бросает в рот таблетку и запивает её водой. Некоторое время стоит, уперевшись руками в барную стойку, а я изучаю крылья на его спине и длинный, тонкий стилет между ними. Что было набито у Имрана на спине? Почему я не запомнила?
Испуганно моргаю, когда перед лицом возникает стакан.
– Выпей.
Молча глотаю воду и, выпустив из лёгких раскалённый воздух, тихо прошу:
– Уходи, пожалуйста, – слышу скрип зубов, сильно смыкаю веки. – Кем бы ты ни был, уходи."
"Он рассматривает меня какое-то время, я чувствую на себе блуждающий взгляд, считаю секунды до того, как услышу шаги, но Уэйн не уходит. А я с каждой секундой все больше убеждаюсь, что никакой он не Уэйн. Я знаю, кто он. И хоть объяснить это практически невозможно, меня уже не переубедить.
