Чтобы потом мой сын дал жизнь моим внукам, а те моим правнукам. И это самое прекрасное чувство, мистер Диас. Когда-нибудь, я уверен, вы меня поймёте. Я хотел бы, чтобы вы это ощутили. Потому что никакие слова не поведают об этом.
Уэйн перевёл мрачный взгляд на окна её квартиры, медленно выдохнул.
– Уезжай к своей семье, Джек. А утром жди нас здесь. Пусть подготовят джет.
– Как скажете, мистер Диас. Хорошей ночи!
* * *Он пришёл ночью. Коснулся моего плеча, провёл по обнажённой руке тыльной стороной ладони, вернулся назад и пальцы коснулись ключицы.
Я открыла глаза, уставилась в темноту. Сын спал в своей кроватке в детской, а я присела на диван и, похоже, вырубилась на какое-то время.
– Тшшш, – надавил на рёбра, принуждая лечь обратно и сам лёг рядом, утыкаясь носом в мой затылок. – Не вставай. Давай просто полежим.
От его запаха кружится голова и потеют ладони. Сердце тут же начинает колотиться. Ещё немного, и тахикардия станет хронической. Его вкус у меня во рту, хотя я ещё даже не говорила с ним.
А рука, нагло заползшая под мою майку, уже ласкает живот. Большая, горячая, сухая. И такая волнующая, чтоб её… Как это выдержать?
– Зачем ты пришёл? – я звучу недовольно и грубо, но возбуждение выдаёт хрипотца, появившаяся в голосе.
– Я опоздал. Простишь меня? – целует в шею, оставляя там влажные следы и покалывание от его жёсткой, короткой щетины. Я закрываю глаза, радуясь тому, что не оставила включённым свет. Иначе бы он увидел, как опалило мне щеки.
Но, думаю, он слышит моё сердцебиение.
– Ты что не слышал мой вопрос?
– Я пришёл, потому что говорил, что приду. И ты должна была меня ждать. Ты ждала, Сандра? – его тихий, вкрадчивый голос вибрирует в моих висках и грудной клетке. Язык касается мочки уха, и я вскакиваю, но он снова укладывает меня обратно. Теперь уже себе на грудь. – Не убегай от меня. Я не причиню тебе зла.
Упираюсь из последних сил, потому что похотливая самка во мне требует его тела, его прикосновений, его голоса.
"
"– Я не ждала тебя, Уэйн. И я не хочу, чтобы ты находился в моём доме. Я, кажется, уже говорила об этом, – физическое сопротивление он ломает так же быстро, как и рушится стена, возведённая мной внутри. Ещё утром казалось, она такая прочная, что не сдвинуть, а теперь просто осыпалась осколками воспоминаний и захрустела под его ногами.
– Я уже говорил, я не отказываюсь от того, чего хочу.
