Онлайн-библиотека книг
– Черт… нет, – я оттолкнул ее руки в сторону.
По какой-то идиотской причине мысль о том, что Лен пройдет мимо и увидит это, вывела меня из себя. Не то чтобы мне было не плевать, но мне не нужна была головная боль. И я действительно не собирался позволять Арабелле снова отсасывать у меня, так что любая секунда, потраченная впустую в ее присутствии, была временем, которое я не собирался терять, его можно было использовать для более приятных вещей, таких как почесывание пятой точки или разглядывание стены.
– Но я пойду тебе навстречу.
– Действительно? – Ее глаза загорелись.
– Если ты найдешь в себе силы перестать трахаться с Эдгаром Асталисом, я обещаю не вставлять твоей младшей сестре, когда вернусь в Тодос-Сантос.
Я не собирался возвращаться. Во всяком случае, навсегда. Но Арабелла не знала об этом, и в Тодос-Сантосе не было ни одного ублюдка, который позволил бы несовершеннолетней сосать мой член.
– Моей сестре едва исполнилось семнадцать, ты, больной придурок! – она нахмурилась.
Я пожал плечами.
– Станет законно в следующем году. Идеальное время. Мне бы не хотелось устраивать аншлаг, но твоя мама кажется легкой добычей, и знать, что вся твоя семья отсосала у меня, было бы незабываемо. Держись подальше от папочки Асталиса и найди кого-нибудь другого, с кем можно поиграть в школьницу.
– Ты думаешь, я сплю с Эдгаром Асталисом? – В ее глазах стояли слезы.
Может быть. Смотреть прямо ей в лицо казалось неразумным. Я еще собирался сегодня поесть.
Я изогнул бровь.
– Ты там играла в аэрохоккей?
– Господи, да ты просто подкаблучник. – Она фыркнула. – Она действительно забралась тебе в голову, да?
– Кто?
– Друзилла.
Кто, черт возьми, подумал, что это хорошая идея – научить Арабеллу говорить? Нужно подать в суд на ее няню.
– Ты под кайфом. Прогуляйся. – Я повернулся, чтобы уйти, но остановился, услышав ее голос, все еще стоя к ней спиной.
– Да. Асталисы оказывают такое влияние на людей. Ну, не Поппи. Поппи – неудачница.
Я ухмыльнулся, повернулся и посмотрел ей в лицо.
– Никто и ничто не изменит меня. Не вини других в отсутствии у себя индивидуальности и в том факте, что твоя мораль более свободна, чем шмотки. А теперь убирайся, пока твоя одежда не стала единственной вещью, пропавшей из твоей комнаты к концу сегодняшнего дня.
Арабелла ошеломленно уставилась на меня. Я оскалил зубы и щелкнул челюсть.
