Жестокое эхо войны

– Это только первое действие. Когда из нашего Управления начальство подъедет, антракт закончится и начнется второе действие, – проворчал старший группы. – Ну, что тут у вас?

Василий покосился на разбитые окна и негромко сказал:

– Давненько у нас таких шумных происшествий не было, Харитоныч. Тут целое сражение случилось. В кабинет не менее четверти часа пытались прорваться человек семь-восемь. Еще двое-трое дежурили у нового корпуса. И с десяток наверняка прикрывали штурмующих в радиусе квартала.

– Банда из двадцати человек?! – изумился Иван.

– Как минимум из двадцати. Скажу больше, – продолжал Егоров, – куда и зачем шли, хорошо знали. Из кабинета вынесли все «личные дела» военнослужащих, имевших судимости. Заодно прихватили оружие наших ребят и дежурного наряда.

– М-да. Дело получается громкое. Что еще удалось выяснить?

– Судя по пятнам крови на улице и в коридоре, несколько человек Саша с Ефимом подранили. Кого-то, возможно, тяжело, а может, и вовсе ухлопали.

– Что с оружием? Какое использовалось при штурме оружие?

– Из нашего оружия – ТТ и револьверы.

– А мысли, Вася? Мысли есть? – допытывался Старцев. – Что за банда все это устроила? Бывали раньше похожие случаи?

– Не припомню, чтобы нападали на военкоматы. Такое впервые. По банде… С этим посложнее. Нужна хоть какая-то зацепка. Человек, след человека, описание его внешности, поступка… В крайнем случае какая-то личная вещица: элемент одежды, запонка, портсигар, часы…

– А это? – Иван показал найденный в коридоре простреленный картуз.

– Это изделие московской фабрики «Красный воин», – выдал Егоров, почти не глядя на головной убор. – Я уже осмотрел его. Почти новый. Не подписан.

– Да, внутри типичное клеймо на красном ромбе: аббревиатура предприятия, «Фабрика головных уборов № 8, Красный воин, город Москва».

– И цифры размера – «56». По части зацепок – бесполезная вещица. На фабрике их третий месяц шьют по двести штук в день. Лежат во всех магазинах мужской одежды.

– Верно, видел такие, – согласился Старцев.

С зацепками, о которых упомянул Егоров, ни черта не выходило. Шороху банда навела прилично: пошумела, постреляла, пролила чужую и свою кровь, а следов не оставила. Что могли дать сыщикам россыпи стреляных гильз, окурки папирос, сожженные спички, потерянная кем-то пуговица, новый простреленный картуз или отпечатки в пыли кирзовых сапог?

Неучтенного оружия и боеприпасов на руках у населения в послевоенные месяцы было очень много.