Так вот, я пообещала Чарльзу, что я сделаю для него что смогу, и действительно пыталась ему помочь, многими способами, но очень мало смогла сделать. У меня никогда не было каких-то сумм, заслуживающих упоминания, чтобы давать ему. Помпи по-своему был очень щедрым, но он всегда хотел знать, на что ушли деньги, а это, ей-богу, было для меня самым трудным. И для Чарльза тоже, конечно. Бедняжка, что он мог поделать?
— Конечно, он мог развестись с вами и получить огромную компенсацию через суд, — нетерпеливо пояснил Маллет.
— Он смотрел на миссис Илз, говоря это, и что-то в выражении ее лица побудило его добавить: — Или не мог?"
"— Нет, мистер Маллет, — ответила она голосом чуть громче шепота. — Вот этого-то он как раз и не мог. О! — Она внезапно разразилась страстной тирадой: — Я считаю, что наши законы о разводе чудовищно несправедливы, самая несправедливая вещь из когда-либо придуманных! Они просто созданы для того, чтобы делать людей несчастными и вынуждать их нарушать закон, если они хотят прилично выглядеть! Как будто после стольких лет в сумасшедшем доме это жалкое создание вообще можно было считать живым! И почему никто ничего с этим не сделает, хотела бы я знать?!
Маллет выслушал эту пустую болтовню с бесстрастным лицом.
А когда она закончилась, проговорил как ни в чем не бывало:
— Капитан Илз не мог с вами развестись потому, что он уже был женат?
— Да.
— Его первая жена находится в психиатрической лечебнице?
— Да.
— И таким образом, ваш брак с ним не имел юридической силы и квалифицировался как двоеженство?
— Да.
И сейчас, как я полагаю, все это вылезет наружу. — Теперь она плакала или, во всяком случае, с величайшим артистизмом имитировала плач.
— Возможно, — не стал спорить Маллет. — Но я расследую убийство, а не двоеженство. Вы чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы отвечать на дальнейшие вопросы?
Миссис Илз приподняла лицо над подушками, в которых его прятала, и принялась с величайшей энергичностью пудрить нос.
— Да. Пожалуйста, продолжайте, — отозвалась она.
— Простите, что я так глупо себя веду, но вы ведь понимаете, как тяжело мне приходилось, правда, мистер Маллет?
— Вполне, — сказал инспектор, чувствуя при этом всю неадекватность ответа. — А теперь, — продолжил он, — я должен спросить вас вот о чем: когда вы узнали, что ваш муж уже женат?
— Увы, не тогда, когда выходила за него замуж, — быстро ответила она. — Я клянусь!
— А когда?
— О, гораздо позже — менее двух лет назад.
— Понятно.
