Но когда женщина пишет их о себе — когда она возносит себя на такого рода пьедестал, — нет уж, увольте! «Если только он не предложит более того, что она требует…» — Нет, ну надо же! Какое право имеет женщина, любая, требовать такого отношения со стороны мужчины? Это вина поэтов, как я полагаю, которые вбивают такие нелепые мысли в головы женщин, так что они спекулируют на своей женственности, но как женщина, наделенная здравым смыслом… — Он резко остановился в разгар своей тирады, и его выражение лица тут же изменилось.
— Женщина! — воскликнул Бернард. — В Брайтоне была женщина, не так ли? Девушка, которая выглядела счастливой? Инспектор, вы так и не сказали мне, что именно прервало меня на полуслове в тот вечер? Вы не помните?
— Прекрасно помню, — ответил Маллет. — Вас перебил ваш брат, который заметил хорошенькую девушку на танцплощадке под нами.
— Так почему же вы не упомянули об этом сразу? Ведь тут-то как раз собака и зарыта, — заявил лорд Бернард с нарастающим волнением. — Теперь я все вижу. Мы находились на балконе, наблюдали за несметным числом престарелых дам и их наемных партнеров, когда вдруг появилась она.
Теперь все ясно как божий день!
— Значит, вы вспомнили? — нетерпеливо поинтересовался Маллет.
Лорд Бернард снова вернулся к столу для завтрака и расставил стулья.
— Вы когда-нибудь воссоздавали картину преступления в Скотленд-Ярде?спросил он. — Думаю, сейчас, если мы воссоздадим картину нашего обеда, то все, что было тогда у меня в голове, должно снова там возникнуть. Не могу обещать, но по всем правилам это должно произойти.
Так, дайте-ка вспомнить, вы находились посредине, не так ли? Я был вон там, а мой брат — по левую сторону. Этот стул будет его замещать. Вам придется совмещать две роли, если не вы возражаете. Не желаете сигару, для полноты иллюзии? Нет? Очень хорошо. Нам нужно представить себе, что мы находимся в отеле «Ривьера», и балкон заканчивается примерно там, где проходит край ковра. Все верно?
— Абсолютно.
— Хорошо. А теперь просто подскажите мне, с чего начать, и посмотрим, что из этого выйдет.
Начинайте!
— Я всегда не доверял Баллантайну, — повторил слова Бернарда Маллет. Трудно сказать почему…
— Но я думаю, в основном дело было в его одежде! — подхватил лорд Бернард.
— А при чем тут его одежда?
— Одежда Баллантайна выдавала в его характере нечто такое, что мне не нравилось.
— Ну уж миллионер-то может носить что ему вздумается?
— Да, но он всегда был слишком хорошо одет. Или, скажем так, разодет.
