Нижеподписавшийся отдал официальное распоряжение о его задержании, но пока не удалось найти никого соответствующего описанию подозреваемого. Персонал отеля охарактеризовал его как человека серьезного во всех отношениях…»
— Что это означает? — спросил Франт.
— Да просто то, что он не похож на мошенника, — пояснил Маллет, — потому что имеет ярко выраженную британскую наружность и акцент.
«Работники отеля утверждают, что смогли бы опознать его даже без бороды, от которой он, без сомнения, постарался незамедлительно избавиться.
Учитывая те меры, которые введены во Франции для контроля за приезжими, маловероятно, что убийца сумеет долго скрываться от правосудия, если только он уже не вернулся в свою страну…»
— Это звучит как довольно сомнительный комплимент в наш адрес, прокомментировал инспектор.
«Нижеподписавшийся с живым интересом ожидает дальнейших подробностей относительно вышеозначенного лица и просит своего коллегу принять уверения в совершеннейшем к нему расположении».
— И это все, — заключил Маллет, положив тонкие листки с машинописным текстом на стол.
— Не считая подписи, которая все равно совершенно неразборчива."
"— Но это уже немало, правда? — с воодушевлением откликнулся Франт. — В любом случае это дает нам наводку.
— Это не дает нам никакой наводки, — многозначительно возразил инспектор. — Во-первых, нам еще предстоит установить, что Джеймс — убийца. Я согласен, похоже на то, но мы еще этого не доказали. Во-вторых, надо выяснить, кто он такой, каким образом связан с Баллантайном.
К счастью, это письмо в банк дает нам неплохую зацепку.
— Когда мы найдем лорда Генри Гейвстона… — подхватил Франт.
— Вам следовало бы внимательнее читать «Тайме», — перебил его Маллет. Особенно раздел светской хроники. Вот, смотрите сюда. — Он пальцем показал на газетную заметку, и Франт, взяв газету в руки, прочитал: «Среди прибывших в отель „Ривьера“, Брайтон, сэр Джон и леди Буллит, епископ Фоксбери, миссис Эскорт и лорд Генри Гейвстон».
— Никаких особых тайн тут нет, — заметил Франт.
— Да, — согласился инспектор. — И это наводит меня на мысль… Впрочем, бесполезно строить версии, пока нет фактов. Так на чем я остановился? Ах да. В-третьих, мы не знаем наверняка, осел ли Джеймс во Франции или вернулся домой. Возможно, эту поездку в Париж он совершил просто для того, чтобы сбить нас со следа. Рискну предположить, что его явно британский акцент окажется для него серьезной помехой, если он захочет спрятаться на континенте.
