Потом прихожу, а он всю арматуру покрошил. То есть вообще всю, до какой дотянулся. Придётся теперь докупать! И ходит гордый, вспотевший. Я на него ору, а он обижается, мол, сказали резать, я резал. Так мало того что весь металл извёл, он ещё и нарезал его вольным размером. Первый раз длину рулеткой отмерял, а потом ему стало лень, и он резал на глаз.
У Саши от смеха свело скулы и живот. Он вытирал слезы рукавами, а Филипп резюмировал.
– За весь день никакого толку, один убыток. У меня неделя уйдёт посчитать, во что нам это всё обойдётся.
Симачков рисковал пойти по пути Ямова – остаться на объекте навечно, чтобы отрабатывать ущерб, нанесённый в первый же день. Наутро во избежание развития худшего сценария Виталия вывели со стройки под белы рученьки. На прощание его показали Ральфу со словами: «Этого не пускать!».
Ямов воспринял потерю подрядчика как личное оскорбление. С этого дня в ответ на любые упрёки он припоминал несправедливо изгнанного Симачкова. Попов и Алешин отныне были «сами во всём виноваты».
Вывоз грунта
Вечный бой. С утра до вечера смотреть, как бы Ямов не накуролесил. Говорят, где-то в другой реальности на стройках бывают прорабы, которые строят без косяков. И у них не надо над душой стоять. Наверное, байки. Адское напряжение выматывает. Исчезают радости – простые и профессиональные. Известие о том, что Пушная с треском проиграла апелляцию, даже не отметили – не было сил."
"Саша с Филиппом вызвали Ямова в офис обсудить очередную потерю. Фирма понесла убытков на двести тысяч рублей, и у этого ущерба, как обычно, имелся единоличный автор.
– Автоном Викторинович… – начал Саша
– Да, Александр Сергеевич? – вторил ему Ямов нахальным тоном.
Саша сдержался.
– Помнится, ты вывозил грунт из котлована. Якобы своим хорошим друзьям, которым он был сильно нужен…
– Ты договорился, – вставил Филипп.
Ямов распластался на стуле и запрокинул голову назад. Попов и Алешин со строгими рожами ждали ответной реакции. Казалось, будто завуч с директором отчитывают хулигана, а тот прикидывает, повезёт ли ему доплюнуть до потолка.
Педагоги пока держались.
– Почему ты не отвечаешь? – спросил Саша.
– Потому что ты не задал никакого вопроса, – парировал Ямов с ленцой.
Саша знал, что сейчас заведётся. И Ямов знал, что Попов сейчас заведётся. Заведётся и Алешин, и сам Ямов. И все будут орать матом.
– Теперь твои хорошие друзья шлют нам письмо о недопустимости свалки на пустыре за гаражным кооперативом «Прогресс». – Саша закончил обвинение.
