Жить дальше

— Я забыл. — Его голос звучал как-то странно, и это удивило ее. Он словно был недоволен тем, что она заставила Дэна звонить в Кливленд. — Как Алли? Что все-таки случилось, какая автокатастрофа? Кто вел машину? Тригви Торенсен?

— Нет, не он. Она нам так сказала, а сама отправилась с компанией подростков. Произошло лобовое столкновение и… — Она едва могла говорить, но знала, что должна досказать. — Брэд, у нее тяжелая травма головы, очень тяжелая. Честно говоря, она в критическом состоянии, сейчас идет операция.

— Ты разрешила им оперировать ее?! Без моего согласия?!

— Брэд, о чем ты говоришь! У "меня не было выбора.

Хирург сказал, что она не доживет до утра, если ее не прооперировать. Как я могла не дать согласия?!

— Чушь! Ты имела право на выбор. Ты была обязана проконсультироваться с другими специалистами. — Он нес чепуху, но Пейдж знала, что таков его способ самозащиты. Шок был слишком силен, чтобы он сохранил здравый смысл.

— У меня не было времени, Брэд. Не было времени ни на что. Кроме молитв.

— Операция еще не закончилась. Она идет уже почти двенадцать часов.

— О боже! — Наступила длинная пауза. Пейдж решила, что он плачет на другом конце провода. — Как это произошло? Кто вел машину?

Какая теперь разница?

— Парень по имени Филипп Чэпмен.

— Сукин сын. Он был пьян? Я из них душу вытрясу за это… — У него дрогнул голос при этих словах, а Пейдж покачала головой.

— Он погиб, Брэд… В машине их было четверо, и лишь один отделался легкой контузией.

Они оба понимали, что это невозможно, самое раннее, он сможет прилететь через шесть часов, и то если удастся сразу сесть на самолет. Она была уверена, что он сможет получить место на первом же самолете в Сан-Франциско в связи с чрезвычайными обстоятельствами.

Она была рада, что он наконец дозвонился до нее. Он нужен ей позарез — Тригви, конечно, подарок судьбы, но Брэд — муж.

— Я приеду как можно скорее, — взволнованно сказал Брэд.

— Я люблю тебя, — печально проговорила она, — я рада, что ты наконец будешь рядом.

— Я тоже, — ответил он и повесил трубку.

К ее изумлению, он вошел в приемную ровно в шесть часов вечера, через несколько секунд после того, как ей сказали, что операция закончилась. Однако ее исход станет ясен только через сорок восемь часов, а может быть, даже через несколько дней.