Живой журнал

Мне сразу хочется на лбу себе написать: «Дворовый, тридцати двух лет. Трудолюбив, да и недужит редко». В оригинале я такое у Минаева читал, в его незабвенном «ДухLess». И я ловлю себя на мысли, что я уже не на шутку завожусь от тона превосходства Иры. Похоже, Самойлова пытается столкнуть наш разговор в эмоциональную область. Там — её исконно-женская территория, на которой она одним щелчком вышибет почву у меня из-под ног. Так, ну и что же мне делать?..

Отец любил играть со мной в шахматы. «Андрей, белая королева сказала „гарде“.

Она перешла в атаку»…

— Зачем я вернулся? А я, представь себе, Ира, очень соскучился по тебе с прошлого четверга, когда нечаянно встретил тебя в Лондоне. Ты же у нас незабываемая, вот я и решил разыскать тебя в Москве, — заявляю я на голубом глазу."

"— Ах вот как, значит, Исаев… в Лондоне ты меня встретил… понятно. Да ты же не узнал меня в Лондоне, Андрей!.. А ну-ка, Серый Волк, погоди-ка. Кажется, я тоже кое-что припоминаю. — Ира бросает на меня неприятный и неприязненный взгляд, от которого мне хочется укусить её, и начинает медленно расхаживать по прихожей.

Три шага в одну сторону — три в другую. — Говоришь, в Лондоне?.. Ладно, Исаев, тогда давай начнём с Лондона… Итак, это был четверг. Такой чудесный, светлый, весенний день. Но тут появляешься ты, и всё портишь, пытаясь, как тот несчастный мальчишка-баскетболист, склеить меня на глазах у моей подруги. А всё почему? Да потому, что ты меня не узнал. Или у тебя тяга к собачьим свадьбам? Или — ты решил ещё раз попытать судьбу, потому что тебе «нет» девушки в принципе не говорили? — Самойлова хмыкнула и вопросительно посмотрела на меня. Но я молчу. Ира ждёт моей реакции, но, так ничего и не дождавшись, поворачивается ко мне спиной и снова делает от меня три шага. — Ладно, идём дальше, — назидательно продолжает она. Потом оборачивается: — Кстати, а сейчас ты мне тоже ничего сказать не хочешь? Например, объяснить мне, с чего это ты бросился под мой «туарег»?

Но я не удосуживаюсь с ответом. Во-первых, меня уже нереально бесит эта её манера цедить слова.

Во-вторых, я до сих пор не понимаю, почему Ира так агрессивно настроена и что за игры ведёт тут со мной. И я молча смотрю на Самойлову. Ира узит зрачки, зачем-то поправляет свои браслеты, после чего раздражённо щёлкает застежкой часов от «Michael Kors»:

— Молчишь? Ладно, молчи, Исаев… Потом расскажешь, кто помог тебе меня вычислить. Ишь, Маркетолога он нашёл… Джеймс Бонд доморощенный!.. Ну, а я пока продолжу.