Живу тобой

 — Можно просто Кеша. Опустим формальности!

— Я тебе сейчас опущу! Вали к своим кастрюлям! — беззлобно прорычал Сэм, а потом обратился к моим родителям: — Я хотел бы переговорить с вами.

— Да чего разговаривать? И без разговоров все ясно, — отмахнулась мама, — Давайте лучше отмечать?

Предложение мамы было одобрено. И мы всей компанией обосновались в гостиной, пока шеф-повар Кеша готовил для нас шикарный обед.

Спустя час в нашем доме появился и дядя Лева со своей семьей. Мужчины бурно обсуждали что-то весьма интересное для них, а мы, девочки, заняли свой уголок и принялись болтать о нашем, о женском.

Ужин, как и компания, оказались на высоте. Позже и Кеша присоединился к нам. Я заметила, что Сэм общается с шеф-поваром на равных, как будто они сто лет знакомы. Вероятно, так оно и было. Я сделала мысленную пометку, позже расспросить Молотова об их с Кешей дружбе. Сейчас мне было очень уютно и хорошо, и мысли с великим трудом держались в голове.

Неудивительно, ведь Самуил сидел рядом со мной, обнимал, целовал в висок или в макушку, и все проблемы позабылись, стерлись из головы.

Но каким бы отличным не был вечер, а я все равно устала. И ближе к полуночи уже не могла бороться с зевотой. К тому времени большая часть охраны исчезла из нашего дома, а Кеша умчался в город. Лев с тетушкой поднялись к себе. А папа с Сэмом задержались, вероятно, чтобы обсудить слияние бизнеса.

А я, попрощавшись с родителями, отправилась к себе в спальню. Приняла душ, переоделась в красивенькую полупрозрачную сорочку и принялась ждать Молотова.

Но Сэма все не было. Я уже даже свечи расставила, приглушила общий свет, создала в комнате уютную романтическую обстановочку. А Молотов все не шел. Уже решила позвонить ему. Ну где его носит, а?!

Как в стекло кто-то легко постучал.

Я реально испугалась. Ну кто может тарабанить в окно комнаты, расположенной на втором этаже?

Стремительно приблизилась к окну и сдвинула шторы. По ту сторону маячила улыбающаяся физиономия моего мужчины."

"А я все обмерла на миг.

Праведный гнев настолько сильно захлестнул меня, что я, распахнув окно настежь, принялась довольно громко ругаться:

— Молотов! Ты в себе вообще?! А по лестнице нельзя поняться?! Убьешься же!

— Тишенька, солнышко, не ругайся, — ласково заговорил Сэм, подтягиваясь на руках, — Просто ты же у меня принцесса. Я на принца мало гожусь. Но тут уж как вышло.

Молотов еще и икнул.