Живые и взрослые

Может, дело в том, что он сидит здесь уже битых полчаса? Пойти, что ли, в школу, подождать в раздевалке?

Ведь какая была мысль — как бы случайно прийти сюда. Вроде как пойти в праздничный день погулять, присесть погреться на солнышке, почитать книжку — и как бы случайно встретить Нику, возвращающуюся с олимпиады. А в раздевалке — какое же это «случайно»? Сразу понятно, что он там делает!

Кстати, а чего Лева конспирируется? Почему не сказать Нике, что вот, пришел ее встретить, узнать, как олимпиада? Почему утром сказал маме, что идет гулять с Гошей? Никогда раньше маме не врал — а тут на тебе!

Наверное, это из-за олимпиады.

Мама и так огорчилась, когда узнала, что Лева не прошел в финал. Не мог же он объяснить, что на отборочном туре он прятался в шкафу и читал файлы Гошиной мамы! И папа стал говорить, что Лева совсем мало уделяет времени учебе, вот летом собрался в какой-то дурацкий поход на Белое море, а надо больше заниматься, ведь старшие классы — самые важные, а потом стал рассказывать истории про своих одноклассников, которые в пятом-шестом классе были отличниками, а потом все забросили, даже в институт не поступили… Слушая его, Лева вдруг подумал: а что, если ответить папе: «Ну и что, что не поступили! Может, у них-то все и получше получилось, чем у тебя!» — и тут же ему стало противно, хотя он, конечно, ничего не сказал, только подумал. Разве можно так о папе? Конечно, денег у них немного, но зато родители — заслуженные учителя, все их уважают.

И библиотека у Левы самая большая в классе.

Вот только куртка старая и холодная. Но ведь вещи — это не главное, верно?

Двери школы открываются, оттуда выходят парень с девушкой — наверное, десятиклассники. У девушки в руках букет гвоздик, ветер развивает светлые волосы, у парня на плече — две сумки.

Лева знает: когда мальчик гуляет с девочкой, он должен нести ее сумку. Не потому, что сумка тяжелая или девушки — слабые, нет, это для того, чтобы девочка понимала — он за ней ухаживает.

Ухаживать — это значит ходить вместе, носить сумку, браться за руки, дарить цветы.

Потом — поцеловаться, но это еще очень не сразу.

Лева никогда ни за кем не ухаживал. Ну, то есть он ходил вместе с девочками — и с Мариной, и с Никой, и с другими девчонками, если было по пути, — но за руку не брал, цветов не дарил и даже сумку не предлагал понести. Как это так? На ровном месте взять — и предложить понести сумку?

«А ведь можно было сегодня подарить Нике цветы, — думает Лева.