Живые и взрослые

— Привет, ребята, — говорит она, — как дела?

— Ну, ты знаешь как, — отвечает Марина, — на Белое море летом собираемся, готовимся.

— Клево, — говорит Аннабель, — я вижу, и у Ники рука зажила, да?

— Целый месяц лечили, — говорит Ника, — самое трудное было врать, что это я кипятком обварилась. Но сейчас, слава Богу, даже шрама не осталось.

— А на Белое море ты с нами не надумала? — спрашивает Лева.

Аннабель пожимает плечами.

— Ну, я же объяснила уже: я никак не могу. У меня об-гру лагерь, подготовка к областным соревнованиям.

— А ты куда поступаешь? — спрашивает Ника.

— В Университет, конечно, — отвечает Аннабель.

Лева тоже собирается в Университет: высокое красивое здание в центре зеленого парка. Лучший институт во всем городе, во всей стране. Но у него еще есть время — седьмой класс, поступать только через три года.

— А что это ты сегодня так скучно одета? — спрашивает Марина.

— Ну, так получилось, — отвечает Аннабель, — я вечером с родителями в гости иду, вот и оделась сразу, чтобы домой не заезжать.

— Ну ладно, — говорит Марина, — счастливо тебе в гости сходить!

— Ага, — кивает Аннабель, — увидимся еще!

Она машет рукой, уходит, но в последний момент возвращается. Нагнувшись, она говорит громким шепотом:

— Слушайте, мне обещали принести кассету с той группой!

— Какой? — спрашивает Ника.

— Ну, про которую ты говорила… то есть Майк говорил… «Живые могут танцевать».

— Здорово! — говорит Ника, Аннабель снова машет рукой и на этот раз в самом деле уходит, убегает, розовая куртка скрывается в конце школьного двора.

— А что она тут делала? — спрашивает Марина.

— У девятого класса тоже олимпиада, — объясняет Ника, — ну и она тоже была в финале.

— Понятно, — кивает Марина и, помолчав, говорит: — Мне всегда казалось, что она врушка.

— Почему — врушка? — спрашивает Лева. — Думаешь, она соврала насчет кассеты?

Марина смеется — резким, отрывистым смехом, таким непохожим на ее обычный смех.

— Причем тут кассета? Это Аннабель… Леля… она — врушка, потому что изображает из себя такую крутую смертницу, а на самом деле — обычная маменькина дочка, девочка из приличной семьи. Поиграет-поиграет — и пойдет с родителями в гости, одетая как положено.