Живые

И так все становилось на свои места, с безжалостной ясностью, с убийственной логичностью.

«Мы ждали крейсеры. Раз в два месяца приходили крейсеры с Земли, забирали продукцию и привозили продукты и вещи. 25 июня должны были прийти два крейсера. Нас осталось слишком мало, и мы не в силах были бы удержать стаю от нападения. Мы не могли позволить людям из крейсера попасть на станцию, им грозило заражение. Если будут инфицированы люди на крейсерах, зараза очень быстро охватит всю Землю.

Необходимо было связаться с Землей, обезопасить станцию.

После того как мы достаточно изучили поведение тварей, мы разработали план. Мы знали, что любая вылазка опасна для жизни, и знали, что многим из нас придется дорого заплатить за этот план.

Среди тех, кто укрылся во внутреннем круге, не было ни одного случая заболевания. Вирус в крови был у каждого, но он не переходил в активную форму. Мы пытались понять почему, мы пробовали проводить определенные опыты. Вся необходимая аппаратура для этого у нас была. Выводы, которые мы сделали, могут показаться странными.

Но это – единственные выводы, которые удалось сделать. Единственная зацепка.

18 июня, спустя месяц после того, как носитель вируса оказался на станции, нас осталось двадцать один человек. Двадцать один человек выживших, не погибших и не заболевших. Изменился весь командный состав, и капитан Лехонцев Владислав тоже. Только я, моя жена Лиза и старпом Игнатьев, его жена и его взрослый сын, офицер Игнатьев Сергей, – это все, кто уцелел из командного состава.

Мы пытались понять, как действует вирус, пытались исследовать его поведение в различной среде. Мы пришли к выводу, что вирус активируется при выработке определенных гормонов. Поэтому, видимо, у детей он находится в спящем состоянии и активируется только с наступлением полового созревания.

Мы также поняли, что не все подвержены действию вируса. В определенных организмах ему не хватает условий для активации. Мы анализировали и думали. Наши выводы могут показаться странными. Нас осталось мало, мы стоим на грани гибели.

Мы понимаем, что столкнулись с очень страшным врагом, против которого у нас нет оружия. Все наши опыты, все наши исследования тут, на станции, не дали определенных результатов.

Но мы нашли то, что оказалось общим у всех незаболевших. В первую очередь уцелели семейные пары, отношения которых были крепкими и стойкими. Другими словами – семейные пары, где супруги любили друг друга. Мы проанализировали всех, кто изменился. И всех, кто остался.