Живые

– Сейчас он придет сюда, – тихо проговорил Колька, переводя дух.

– Думаешь, он совсем дурак?

– Думаю, он просто выполняет программы.

– Ты не знаешь, какой у него уровень интеллекта. Он может вполне сообразить, что мы тут устроим ему засаду.

Эмма оглянулась на полустеклянную дверь, ведущую в основное помещение кафешки, заметила длинную фигуру на колесиках – замершего робота-пекаря. Пробралась к нему и прикатила в помещение.

– За пекарем удобно спрятаться. Он прикроет нас, если что.

– Давай проверим, тут ли паучара.

Сразу же прозвучало несколько выстрелов, оставивших на металлическом корпусе робота черные пятна.

– Стреляют по всему, что движется. Не особо думают, – тут же заключил Колька. – И кажется, паучок идет сюда. Слышишь?

Эмма уже слышала. Тихие щелчки приближались.

Колька прижал палец к губам, призывая не произносить больше ни звука, притянул Эмму к боковому шкафу с продуктами и жестом велел спрятаться за ним. Сам втянул несчастного пекаря обратно, залез на него, присел, приготовив меч.

Наконец показались щупальца-ноги, выдвигающиеся вперед, вытягивающиеся и пытающиеся определить, где же жертва. Раз – и все тело робота вплыло в проход. Колька тут же обрушил меч, робот успел лишь раз выстрелить, но мимо: луч прожег стену и часть полок, рассыпались и загорелись продукты, запахло паленым. Развалившийся на две половинки робот рухнул на пол, бессильно вытянув лапы.

– Вот и все. Вот тебе и паучки, – хмыкнул Колька, спрыгивая на пол.

– Они идут, – резко сказала Эмма и кивнула на дверь.

За ней слышались еще щелчки – только чаще и больше: щелк, щелк, щелк…

– Они прутся из лифта, их много, – тихо добавила Эмма.

– Тогда уходим. Берем доски и отчаливаем. Быстро! – крикнул Колька.

Он толкнул Эмму в плечо, но она и сама понимала, что надо делать. Схватив магнитную доску, она метнулась к двери в зал, проскользнула между столиков, рванулась к раздвижным створкам выхода на Оранжевую магистраль.

Оба выскочили за дверь, и Колька сказал:

– Сделаем засаду. Уничтожим еще парочку.

– Мы уязвимы тут, – пояснила Эмма.

– Они тоже. Сейчас посмотришь. Покрошим гадов на винегрет.

Таис. Здесь все ненастоящее

У мальчишки были черные глаза, крупные, обветренные губы, кругленький носик и черные ровные брови.