– Доброго здоровьица вашему семейству, – степенно поклонился он Нине Павловне и как давнему знакомому пожал руку Тимошке. – Землячок это мой, барыня, односельчанин, – пояснил он свои действия. – Вы уж отпустите его ко мне повечерять да чайку попить.
– Пообедаем, и отпущу, – пообещала Нина Павловна.
Тимошка козликом взбежал на второй этаж и нетерпеливо застыл около двери: «Как там Танечка? Наверное, ей было скучно одной?»
В темноте квартиры не было слышно ни шороха, и Тимошка отпрянул от неожиданности, когда из дверного проёма появилась горничная.
Нина Павловна стянула кружевные перчатки и вопросительно посмотрела на Машу:
– Как Танюша?
Девушка развела руки в стороны и укоризненно покачала головой:
– Сегодня наша барышня не в духе. До сих пор ничего не ела.
– Я её сама покормлю, – Нина Павловна поспешно отколола от пышной причёски изящную шляпку и прошла в комнаты.
Тимошка скользнул взглядом по враз ставшему недовольным лицу Зиночки и поспешил за хозяйкой:
– Нина Павловна, можно я вам помогу?
– Помоги.
Но как только я подам знак, немедленно уходи. Танюша может сконфузиться.
Тимка кивнул и затаился в уголке столовой.
«Наверно, это очень тяжело быть не только слепым, но ещё глухим и немым», – сокрушался про себя Тимошка.
Он закрыл глаза, заткнул уши и попробовал вообразить себе, каково это – не видеть и не слышать, но понял, что даже представить этого не может. Неужели Таня никогда не видела маминого лица, не слышала её голоса, не понимает, одна она или около неё есть кто-то еще – тот, кто может помочь и защитить? Если бы Таня попала к тётке Мане, она бы точно пропала.
Кто бы её кормил и поил?
Тимошка открыл глаза и увидел, как Нина Павловна медленно вводит Танюшу в столовую.
Он предупредительно придвинул к ней стул и помог усадить девушку. В отличие от вчерашнего дня, она не рванулась от него в сторону, а покорно приняла его помощь.
– Надо же, – удивилась Нина Павловна, – Танюша признала тебя с первого раза. Такое бывает крайне редко. Она стесняется даже своего крёстного отца Петра Сергеевича.
От её похвалы Тимка покраснел и осторожно погладил одним пальцем Танино запястье. На её лице появилось слабое подобие улыбки.
– Да ты просто волшебник! – обрадовалась Нина Павловна. – У тебя удивительно лёгкая рука.
Тимка поднял на нее удивленные глаза: эту похвалу в свой адрес он слышит сегодня уже второй раз. Хозяйка взяла из рук Маши чашку с бульоном и принялась, ласково уговаривая, кормить Таню из ложечки, как маленькую.
