Жизнь напрокат (СИ)

Собственно, Свист и навел урманов на секретную берлогу Тихаря. Не такой уж и бестолковый оказался. Хватило Свисту сообразительности проследить за атаманом, что нанял их с родственником на побегушки, а потом и от урманов сквозануть, чтобы как со свояком Криней не вышло.

Во вторых, по приходу в Виров Бур посвятил меня в дружинники и сразу произвел в десятники. Тут уж, как говориться, слово не воробей. Брякнул папаня, что его я человек да еще и десятник, будь добр соответствовать, народ все слышал. Здесь у них так принято - по-честному.

К тому же дружина боярская за последнее время изрядно поредела, личного состава в большом недостатке. Десяток, правда, у меня неполноценный, поголовно из бывших разбойников состоящий. Этих ребят мне уговаривать не пришлось. Каждый из троих мгновенно дал согласие на предложение начать новую жизнь и пристроиться на ""государственную"" службу."

"Состояние свое я поделил на равные части и раздал пацанам. Уговор дороже серебра, да и выглядеть перед новоиспеченными дружинниками пустобрехом не хотелось.

Зато теперь они за мной в огонь и в воду, за удачливого и справедливого предводителя во все века горой стояли, я же нынче не просто главарь-батька, а - десятник дружинный. Рассказать кому из своей прошлой жизни - ни за что не поверят...

В-третьих, мы приняли активное участие в похоронах боярина Головача, тело которого привезли с собой на запряженной двумя быками телеге.

Обнесенный по периметру высоким частоколом из толстенных бревен двухэтажный резной домина в центре Вирова оказался полон разного бабья как преклонного возраста, так и помоложе.

Голов пятнадцать их с душераздирающим воем сбежалось к скорбному поезду и все на лежащего в телеге покойника кинулись. Ох, и крику было! Через пять минут бороду Головача от горячих женских слез хоть выжимай. Мужики стояли хмурые, сжимая кулаки да желваки по скулам гоняя. Собрались все родственники, включая младшенького сынка, десятилетнего парнишку и дочку с тремя детишками. Сама боярыня - полноватая мадам лет сорока, румяная и довольно симпатичная, лицом при виде мертвого мужа враз почернела. Я вспомнил как хоронили батю и едва удержался от протяжного вздоха из за нахлынувших переживаний.

Привели трех древних дедов с выбеленными годами власами и густыми бородищами до колен. Главный из них высокий, прямой как столб аксакал с густыми бровями и гнусавым голосом, увешанный поверх неопределяемого цвета рясы разнообразными веревочками, плетеными шнурочками, деревянными да костяными амулетами.