Жизнь внутри меня

Когда все улеглось, ближе к вечеру дракон смог расслабиться и без умолку рассказывал о том, как провел эти месяцы в пустоши, описывал сражения с морглами и тайные вылазки к границе демонов, делился смешными историями и байками. Когда эти истории закончились, мы вновь вернулись к обсуждению моей беременности. Незаметно наступил вечер, а за ним – ночь. Весть о двухголовом ребенке разнеслась по дворцу, и теперь вся прислуга хихикала в коридорах, пересказывая друг другу утренний конфуз. К сожалению, наше счастье вновь оказалось нарушено самым бесцеремонным образом.

Посреди ночи Ариса вызвали на службу, буквально вытащив его из постели. Он оделся быстро, как пожарный, приговаривая, что это очень важно. Как я поняла, произошло чрезвычайное происшествие.

Мне было приказано спать и ни в коем случае не волноваться. Это прозвучало именно как приказ, потому что меня не покидало ощущение, что, если я все-таки начну переживать, последует наказание. Утром лекари разрешили мне отправиться обратно в академию, о чем письменно уведомили Ариса.

Он требовал, чтобы чуть ли не на каждое мое движение выдавали разрешение, и это ужасно бесило.

Однако слово свое он сдержал, и на следующей день ко мне в академию прибыл отец. Я глазам своим не поверила, когда вернулась с занятий, а посреди комнаты стоял он, улыбающийся и счастливый.

– Папа! – воскликнула я и как маленькая бросилась к нему, повиснув на шее. – Как же я скучала по тебе!

Отец сжал меня в крепких объятиях, запечатлев на макушке долгий и сильный поцелуй.

– Машка, – мечтательно произнес он, и в этом слове отразилась вся его тоска по мне, – ни дня не проходило, чтобы я не думал о тебе.

– Папа, – отстранилась я, – спрошу тебя прямо: тебя удерживают в Красном клане насильно?

Отец вздохнул и прикрыл глаза.

– Нет, – натянуто ответил он. – У меня были дела. – Губы говорили одно, а взгляд, жесты и весь его вид – совсем другое. Он словно кричал: «Не слушай меня! Верь своему сердцу».

– Скажи мне правду, папа, – прошептала я.

– Дочь, – вздохнул он, – расскажи мне о себе. Это правда, что ты ждешь ребенка?

– Да, – улыбнулась я, потупив взгляд. – Уже четыре месяца. Представляешь, у меня двойняшки.

– Правда? – Брови отца изумленно поползли вверх. – Машка, но это же опасно… Как ты будешь рожать?

– Все будет хорошо, – ответила я, вспоминая обещание богини. – Папа, знаешь, мне в последнее время снятся странные сны про маму.

– Мне тоже, – с неудовольствием ответил папа, чем удивил меня.