Жизнь во благо Родины

Ладно хоть на лодочные двигатели удалось пробить отдельное производство и вывести их из-под нашего контроля. Кстати, я прислушался к тебе, ты друга-то давно не видел?

– Это какого? – не понял я.

– Горина, разумеется, он у нас больше не работает, – усмехнулся директор.

– Как это? Вроде проявлял такой интерес, взвалил на себя водно-моторное производство…

– Вот именно, был молодым, подающим надежды начинающим инженером, а стал главным инженером нового завода.

– Как это? А, понял, вы у себя лодочные моторы в отдельное производство вывели…

– Мы выделили площадку и на ней поставили новое производство.

Находится в поселке Волжский, на левом берегу. Там была возможность расшириться, и мы решили, что так будет лучше. Иван проявил качества настоящего руководителя и возглавил весь процесс. Ты знаешь, что на базе того, самого первого твоего двигателя, он вывел целую линейку?

– Нет, откуда? Я давно его не видел, да и, признаться, вообще упустил все это из виду. Вы же знаете, куда меня поставили, этим и занимаюсь, даже вон в Африку ездил, не очень удачно для своей шкуры, но тут уж так получилось…

– Александр! – Семичастный был рассержен.

 – Товарищу Дерунову вовсе не обязательно об этом знать!

– Если бы хотели оставить это в секрете, взяли бы подписку, как всегда делаете, – так же резко сорвался я.

– Мы с тобой еще поговорим о секретности, больно уж ты говорить много стал!

– Товарищи, я не понимаю, о чем речь, поэтому и волноваться не стоит, – решил мне помочь Дерунов, уж кто-кто, а он знает, что у нас бывает за разглашение.

– Павел Федорович, так мы будем вас ждать, хотя бы на воскресенье, если уж вы такой занятой. Но отдыхать вам нужно, вы же не хотите оставить все ваши проекты недоделанными?

– В смысле? – не сразу понял директор.

– Да в самом прямом, на том свете авиадвигатели не делают, не нужны они там как бы, – пожал я плечами весьма многозначительно.

– Я передам супруге ваше приглашение, даже если не смогу сам, она будет рада увидеться с вашей семьей, – по-доброму так произнес Павел Федорович.

Мы уехали попрощавшись, но в машине молчали всю дорогу, каждый думал о своем и не хотел усложнять. Вернулись в деревню затемно и попали под раздачу. Катя высказалась в том духе, что мы теперь будем ужинать холодным, она устала разогревать еду и тоже хочет отдохнуть. Для супруги дело еще усложнялось тем, что охрану тоже нужно было кормить.