— А к нотариусу, напротив, не ходили?
— Не помню, Ваня. У нотариуса вроде точно не был. Помню только — в квартире какую-то доверенность на сестру оформлял. Вроде, на получение пенсии брата. Точно! Я ещё тогда подумал, какая, на хрен, пенсия, если брату ещё и шестидесяти не исполнилось?
— А потом что?
— А потом, друг мой ситный, было много «Агдама» и очнулся я в этой самой комнате. Примерно, как и ты.
— Да уж! Всё повторяется по кругу. Что будем делать, Иннокентий?
— Да хрен его знает! Давай лучше вмажем по стопарю?
— Нет, Кеша, я пока пропущу.
Ещё вещички свои простирнуть надо до прихода Алика. Да и побриться бы не мешало, пока руки не дрожат.
Иван весь в раздумьях тяжких отправился приводить себя в порядок. Побрился, сполоснул зубы и почувствовал себя немного человеком, хотя от стирки своей одежды в тазике он сильно ослаб. Любое физическое напряжение приводило к усталости. Во время запоя сил только хватало на поход до ближайшего ларька. Организм требовал добавки энергетического коктейля из спирта и воды.
По квартире разносился запах жареной картошки. Иннокентий Константинович колдовал на кухне и обрадовался появившемуся собутыльнику.
— Ну, наконец-то, Ваня! Пришло время принять на грудь, товарищ. И картошечка вовремя подоспела.
На кухонном столике парила сковородка, был аккуратно разложен хлеб и порезан кольцами репчатый лук. Посреди гордо стояли бутылка бельгийского спирта «Рояль» и чайник с остывшей водой. Иван восхитился натюрмортом:
— Иннокентий, да ты, кулинар от бога!
— Рады стараться, ваше благородие.
Вот приятно слышать от истинного ценителя красоты оценку своего творчества. Ваня, а я с малых лет привык ко всему относиться с чувством, с толком и с расстановкой. Веришь, я даже в запои уходил хорошо подготовленным.
— Это как?
— В запой, как в бой!
— Не понял.
— Запой — это вопрос серьёзный и требует к себе особого внимания. Посему, предлагаю вначале махануть по соточке, да и закусить картошечкой. А вот затем, товарищ, я вам прочту лекцию на тему: «Как уйти в запой и вернуться живым».
Договорились, Ваня?
— Принимается, Кеша. Вот только сделай мне, пожалуйста, всего лишь пятьдесят грамм. Ты человек опытный и хорошо знаешь, что выход из штопора должен быть плавным. А мне бы ещё сегодня ночь продержаться, да завтра день простоять. Потом, надеюсь, полегчает.
— Как мне нравится обмениваться мыслями с опытным и умным человеком.
Кеша принялся аккуратно разливать спирт и воду по чашкам.
