Жизнь замечательных детей

Ага, попался! Я торжествующе спросила:

— Тогда зачем же ты подрабатывал в «Радости жизни»? Зачем пошел на представление в «Гаргантюа»?

Парень спокойно дожевал бутерброд, а потом ответил:

— Ну во-первых, лишние полсотни баксов никогда не помешают. А во-вторых, я работал на Невского не ради денег. Мне это просто нравилось, было прикольно.

— А как ты вообще вышел на Лешу Невского?

— Да это он на меня вышел. Леха большой любитель классической музыки, он часто заходил в наш магазин за дисками. Однажды он рассказал мне про свою фирму, предложил подработать.

Сначала мне показалось это странным, но я сходил раз, другой, потом втянулся. Я слышал, что сейчас у фирмы начались какие-то проблемы? Из-за этого убийства?

Я кивнула, но решила не вдаваться в эту тему. Сначала надо выяснить все, что относится к преступлению.

— Кстати, а ты знал, что разыгрывать предстоит Льва Котика? Невский произносил его фамилию?

— Нет, и это был огромный сюрприз. Когда я увидел своего бывшего начальника, сначала вообще решил уйти из ресторана.

Я быстренько звякнул на мобильник Невскому, объяснил ему ситуацию, а он ответил, что ничего страшного, Котик, мол, меня все равно не помнит и не узнает. И даже если узнает, не беда: «Гаргантюа» не самое элитное место в Москве, его бывшие сотрудники вполне могут позволить себе пропустить в баре рюмочку-другую.

Парень пожал плечами:

— Понятия не имею. Виду он не подал. Но может быть, просто притворился, чтобы не осложнять дело.

Все-таки он был с девушкой, к чему выяснять отношения?

Да, Котик большой притворщик. Увидев Аиду, свою бывшую жену, он даже бровью не повел. И Невский тоже хорош! Твердил мне про журналистскую солидарность, а сам ни словом не обмолвился, что Лев — бывший начальник Бартенева и что у них случился конфликт. А ведь Лёша знал, что я затеваю свое расследование убийства, знал! Сколько времени и сил я бы сэкономила, если бы не кружила окольными путями, а сразу поговорила с Михаилом!

Ладно, чего теперь жалеть о пролитом молоке… Главное, что я все-таки узнала правду: ненависть Бартенева к бывшему руководству длилась недолго, а в итоге парень только выиграл от несправедливого увольнения.

Конечно, я рада за провинциала, но для Аиды это означает верный приговор. В глазах следствия она по-прежнему остается единственным подозреваемым и, боюсь, скоро перейдет в разряд осужденных.

Пока я предавалась размышлениям, официантка принесла счет.