Жизнь замечательных детей

Вернее, их было два, но Михаил быстро выхватил у нее обе бумажки, расплатился и прибавил щедрые чаевые. Девушка отошла чрезвычайно довольная. Я же, напротив, возмутилась:

— Я в состоянии сама за себя заплатить!

Миша обворожительно улыбнулся:

— Никто и не сомневается. Просто мне приятно ощущать себя мужчиной. Тем более что посидеть в кафе — это была моя идея.

Наверное, окажись на моем месте какая-нибудь оголтелая феминистка, она бы подняла крик, вернула официантку и потребовала новый счет. Я же приняла эту маленькую услугу как само собой разумеющееся, мигом сменив гнев на милость.

Вот ведь парадокс: современные женщины хотят иметь равные с мужчинами права и оплату труда, но не торопятся расставаться с милыми сердцу привилегиями. Приятно, когда тебе подают пальто, пропускают в дверях и уступают место в общественном транспорте. К сожалению, галантные мужчины встречаются все реже и реже, так что надо пользоваться моментом.

Мы вышли на улицу, и тут у Бартенева в кармане зазвонил мобильный телефон. Миша выслушал собеседника и коротко ответил:

А потом обратился ко мне:

— Ну, Люсь, пока.

Взмахнув на прощание рукой, парень исчез за углом. Движимая любопытством, я последовала за ним и увидела, что Михаил вернулся к бутику. Около входа в «Фемину» стоял красный «пежо». Из автомобиля вышла стройная девушка, Бартенев поприветствовал ее долгим поцелуем в губы, затем девушка села за руль, молодой человек устроился рядом, и они укатили.

Ага, вот и перспективные знакомства на новой работе, о которых упомянул Михаил.

Сколько человека ни воспитывай, он все равно хочет жить хорошо. И в понятие «хорошо» битком набитый вагон подземки явно не входит.

Прислонившись к дверям, я слушала разговор двух женщин предпенсионного возраста. Не то чтобы меня очень интересовала их личная жизнь, просто толпа вплотную прижала меня к этим дамам, даже книжку достать было невозможно, так что ничего больше не оставалось делать.

— А мы на работе вора поймали, — сообщила дама в малиновом берете. — Представляешь, кто-то в течение года тырил у нас деньги из сумок. И хитер был, подлец: весь кошелек не брал, а вытаскивал лишь пару купюр, чтобы хозяин не сразу хватился пропажи.

— И кто это оказался? — спросила дама в мелких кудряшках.