Жнецы Страданий (СИ)

 — Смолкни, я сказал!

— Я смолк уже раз! Ты меня тогда на пять лет вышвырнул. А потом что? Рожу постную сделал, будто так и надо. Я когда еще упредить пытался? Да меня на смех подняли. До вас, дураков, видать, даже с луженой глоткой не доорешься. Скорее, у Нурлисы получится Цитаделью править, чем у тебя. Совсем уж с разумом распрощался!

— Пошел вон!!! — и лишь, когда эти слова вырвались изо рта, Нэд понял, что… допустил ошибку. Опять.

— Теперь на сколько сошлешь? На десяток лет? Или пока Хранителям душу не отдашь?

— Клесх, я изгоняю тебя из креффата за оскорбления…

— …наставников Цитадели.

— …сказанную против тебя.

Оба замолчали, глядя друг на друга с непримиримым негодованием. Повисла тишина, слышно было только сиплое дыхание Рэма да потрескивание дров в очаге. И вдруг в этой звенящей тишине раздался спокойный, полный невозмутимой уверенности в собственной правоте голос.

— Нэд, я против. Это слово креффа.

Ихтор не дрогнул даже на миг, когда взоры собравшихся обратились на его обезображенное лицо.

— Изгонять Клесха нельзя. Он дерзок, непримирим, говорит в глаза то, что другие думают про себя, но он не хочет зла ни Цитадели, ни креффам, ни послушникам, ни людям.

Глава перевел взгляд на целителя, не зная, что сказать. Слово смотрителя в крепости всегда было законом. Провозглашенные решения никогда не оспаривались.

— Я тоже против. Это слово креффа, — тихо, но твердо сказала сидящая на полу Майрико.

Она, правда, не решилась поднять на Главу глаза, но и отступать не собиралась.

— Слово креффа. Я с тобой не согласен, — встал со своего места Лашта. — Однажды мы уже от него отмахнулись. И вышло все боком.

— Слово креффа. Клесх должен остаться, — тяжело, будто через силу, произнесла Бьерга.

— Слово креффа, Глава. Ратоборца изгонять нельзя, — угрюмый Озбра смотрел исподлобья в огонь.

— Нэд прав, — Донатос второй раз за весь вечер подал голос из своего угла. — Коли Клесх так не хочет оставаться в четырех стенах, коли креффат так его коробит, пусть скачет и ищет выучей по отдаленным весям.

— Мы согласны, — кивнул от лица всех стариков Рэм. — Пусть едет.

— Верно. Не нравится сидеть на месте, пусть трясется в седле, — угрюмо сказал Дарен, сжимая могучие кулаки. — Только девку-дуру свою пусть забирает. Мне этот камень на шею вздевать не надо.