Жнецы Страданий (СИ)

— У нас по весне на обед только полбу с толокном едят, а тут, смотри, какие куски мяса плавают, — зачерпывая полную ложку духмяной похлебки, восхитилась Айлиша.

— А у нас, бывало, и полбу всю подъедали, особенно, если лето было холодное, зима после него суровая, а весна затяжная. Еле-еле до первой зелени доживали, ребятишки совсем прозрачные от голода ходили. Мать кинет в чугун горсточку муки, коры древесной натрет да маленький кусочек сала растопит, вот и вся еда, — жадно вгрызаясь в мясо, пробубнила Лесана. — Зато по весне отъедались — пальчики с елок собирали, орляк…

— А отчего голодно так у вас было? — удивился, поднося ложку ко рту, Тамир.

— Оттого, — ответила Айлиша. — К весне-то все подъедается, ртов в доме много, да и скотина свое просит. Ей неразумной не объяснишь, что поголодать придется, на воде сидючи.

— А отчего же не покупали? — изумился парень.

— Эх, Тамир, сразу видно — ты в городе жил, и то, поди, не знал с какой стороны к козе подходить. Раз тебя сосед выручит, два, а на третий пошлет, потому как у самого брюхо подводить начнет.

Да и не принято в деревне торг друг с другом вести, — Лесана объясняла сыну пекаря истины, знакомые ей с детства, как дитю неразумному. — Мужики наши силки на дичь ставили, только по ранней весне и дичь костлявая, и не сыщешь ее особенно. Ходящие-то тоже есть хотят. А ежели в окрестностях Стая поселится — и вовсе все зверье распугает. К тому же, охотники зимой да по ранней весне глубоко в чащу не ходят — дни-то короткие, чуть не поспеешь до темна — самого сожрут.

— Как же вы перебиваетесь? Чем с колдунами расплачиваетесь? — удивлению собеседника не было пределов,

— Мой отец возит в город горшки да миски. Только мало выручает за товар, траты почитай все съедают. Купцу с обозом немало надо отдать, чтобы с собой взял. Один-то не поедешь, до города путь неблизкий — дня четыре через чащу. И вот — за обоз заплатишь, обратно ехать — тоже деньги. В итоге, что наторговал — чуть не половину на «копытные» и спустил. Остальное на соль, муку да крупу какую с горохом.

Мы-то только на огородах кое-чего растим — посреди болот поле не вспашешь, не засеешь, да и охранное заклятье на поле поставить дорого — нет у нас таких денег. А сажать, чтобы Ходящие вытоптали — кто же станет? Вот и получается, сосед у нас бондарь, другой сосед кузнец. Все, что за зиму натрудят, к весне везут в город, за дорогу вскладчину платят. Что останется от выручки, на то и живем, и подати платим, и обереги покупаем.