Жребий Салема

И почему этот атрибут является таким обязательным на всех похоронах? Искусственный дерн выглядел тем, чем и был на самом деле – дешевой имитацией жизни, прикрывающей тяжелые комья сырой земли, которая являлась окончательным уделом всех и вся.

– Отец, они подъезжают, – сообщил он.

Каллахэн был высоким мужчиной с пронзительными голубыми глазами, красноватой кожей и тронутыми сединой волосами. Хотя Райерсон и перестал посещать церковь в шестнадцать лет, из местных служителей культа Каллахэн нравился ему больше других.

Методистский пастор Джон Гроггинс был лицемерным ничтожеством, а Паттерсон из Церкви Иисуса Христа Святых последних дней – самый настоящий псих. На похоронах одного из церковных дьяконов пару лет назад он буквально упал на землю и забился в судорогах. А Каллахэн казался вполне адекватным священником: его панихиды отличались размеренностью и спокойствием, несли утешение и никогда не затягивались надолго. Райерсон сомневался, что красные прожилки на щеках и носу пастора появились от усердных молитв, но даже если тот и позволял себе пропустить рюмку-другую, то что в этом такого? Еще чудо, что, живя в таком мире, священники не попадают в психушку!

– Спасибо, Майк, – сказал Каллахэн и поднял глаза на ясное небо.

 – Сегодня служба будет непростой.

– Это точно. А надолго?

– Минут на десять, не больше. Не хочу подвергать родителей лишним страданиям. Им и так придется тяжко.

– Понятно, – сказал Майк и направился в дальний конец кладбища.

Там он перепрыгнет через каменную ограду, скроется из глаз в зарослях леса и немного перекусит. По опыту он знал, что могильщик в одежде, перепачканной землей, был неуместен в тот момент, когда скорбящие друзья и родственники прощались с покойным, – портил благостную картину сияющих жемчужных врат бессмертия, которую рисовал священник.

У задней стены кладбища Майк увидел, что одно надгробие завалилось вперед, и задержался, чтобы поставить его на место.

Смахнув землю с надписи, Майк почувствовал, как по спине пробежали мурашки:

ХЬЮБЕРТ БАРКЛИ МАРСТЕН(6 октября 1889 – 12 августа 1939)Ангел смерти с бронзовой лампойУвлек тебя в темные воды за златыми вратами.А чуть пониже едва виднелись стершиеся за тридцать шесть лет слова:

Даруй Господь ему упокоение.Майк Райерсон направился в лес и, устроившись возле ручья, перекусил, испытывая смутную тревогу, причины которой не понимал.