Зима была холодной (СИ)

Алексис вспомнила, сколько раз их семья приглашала фотографа, чтобы сделать очередной снимок…

С трудом верилось, что Киллиан был женат. Что стало с его семьёй? И почему память о них хранится здесь? Впрочем, раньше фотокарточка наверняка стояла внизу, а значит, следовало исправить несправедливость и дать возможность Киллиану видеть свою семью чаще. И чтобы для этого не приходилось лезть на пыльный чердак. Киллиан смотрел в потолок, когда она опустилась перед ним на колени, протягивая карточку.

— Думаю, этой вещи лучше стоять внизу.

— Откуда вы это взяли? — вопрос прозвучал слишком резко, и она вздрогнула.

— Какого чёрта вы рыскали по моим вещам? — рявкнул Киллиан. — Или просьба достать одежду означает позволение перерыть всё вокруг?!

— Вы сами разрешили мне залезть в ваш сундук!

— Может, потому что надеялся на вашу честность!

— Ну, знаете!.. Не смейте! Не смейте обвинять меня в бесчестости, когда я рисковала всем, оставляя вас здесь!

— Я не заставлял вас тащить меня сюда! Надо было оставить в амбаре!

— В следующий раз так и сделаю! — огрызнулась Алексис и, прикусив губу, отвернулась.

Глаза жгли слёзы обиды — столько крика из-за одной фотокарточки, а ведь она всего лишь хотела помочь! Взгляд невольно упал на безмятежные лица в рамке и в ушах снова зазвучал тихий голос, полный безнадёжной тоски. Разве мог он принадлежать мужчине, что сейчас рычал на неё, как раненый медведь?

Киллиан вздрогнул всем телом.

— Откуда вы узнали? — бледнея на глазах, спросил он. При мысли о том, что он мог выболтать в бреду, в голове забилась одна мысль — придушить её, пока не успела никому рассказать о том, какое он чудовище.

— Из ваших кошмаров, — тихо ответила Алексис. — Вы звали её.

— Это всё? — прищурился Киллиан.

— Всё, — осторожно кивнула она.

— Не стоит принимать за веру всё, что сказано в бреду! — зло бросил Киллиан, пытаясь скрыть облегчение. — И уж тем более не стоит лезть в то, о чём не имеете ни малейшего понятия.

— Вы не правы. Я хочу вам помочь. Я тоже потеряла мужа, я знаю, каково это…

— Что вы знаете о потерях?! — воскликнул было он, но тут же осёкся, резко замолчав.

И продолжил через несколько секунд привычным, насмешливым тоном: — Хотите записать меня в клуб солдатских вдов?

— Хочу помочь, — упрямо повторила Алексис.

— Если действительно хотите помочь — не лезьте не в своё дело! — Это прозвучало как пощёчина, и Алексис, взметнув юбки, выскочила из дома, мечтая об одном — оказаться как можно дальше отсюда.