Зима волка

 — Безжалостными пальцами он раздвинул ее внутренние складочки, впуская воздух в горячие влажные места.

Бри попыталась сомкнуть ноги, но ее укусили за бедро, и она взвизгнула."

"— Ты останешься открытой для меня. — Его черные глаза встретились с ее, усиливая команду, и Бри опустила взгляд.

— Хороший волк, — мягко сказал он. Его рот опустился на нее, язык облизывал одну сторону клитора, затем другую, очень медленно, снова и снова. Но он так и не добрался до того места, где ее нервные окончания были наиболее чувствительны.

В отчаянии Брианна приподняла бедра, они дрожали от необходимости прикоснуться к ее центру.

Его палец снова скользнул в нее, и это чувство было совершенно восхитительным. Когда она застонала, он засмеялся напротив, и вибрации в киске заставила ее снова застонать. Когда он добавил еще один палец, его губы достигли того места, которого она ждала.

— О, ох… — Так близко. Все ее тело сосредоточилось там, когда его язык провел по верхушке клитора, а затем подразнил его. Ее нижняя половина тела медленно закипала, пытаясь достигнуть пика.

— Зеб, пожалуйста. Пожалуйста.

Зарычав, он слегка прикусил зубами по обе стороны клитора.

Огонь пронзил ее насквозь. Все внутри нее закипело, выплескиваясь через край огненным удовольствием. Спазмы сотрясали ее тело, а Зеб все продолжал терзать ее киску пальцами, безжалостно посасывая клитор.

— О-о-о-о.

Звук расстегивающейся молнии.

Она открыла глаза. Его ремень был расстегнут, джинсы тоже. Эрекция была огромной.

Твердой ладонью он раздвинул ее ноги еще шире, наклонился над ней и положил руку ей на плечо. Головка его члена вошла в нее, и она поморщилась, все еще чувствуя боль с прошлой ночи.

Зеб остановился, и его черные глаза поймали ее взгляд. Он наблюдал за ней, покачивая бедрами, медленно и безжалостно пронзая ее.

Ее влагалище сжалось вокруг него, протестуя против проникновения, но все же посылая волны удовольствия через нее.

Когда Зеб полностью вошел в нее, Бри с трудом перевела дыхание. Он приподнялся, чтобы посмотреть на нее сверху вниз, и она почувствовала себя так, словно он разложил ее на скамейке, как пиршество для поглощения. На его щеке опять появилась ямочка, когда он увидел, что ее соски снова превратились в тугие пики.