- Джарвис?
- Незадолго до своего исчезновения мистер Старк выразил опасения по поводу тех, кому он мог доверять, - невпопад сказал Джарвис. - Мои интегрированные вербальные волны программ анализа показали тридцать два процента понижения доверия в голосе мистера Старка при упоминании вашего голоса."
"Пеппер видела, как подрагивают черты лица Роуди, почти угрожая сорваться. Она ничего не знала об этом. Роуди и Тони всегда прикрывали друг друга. Даже когда Тони схватили в Афганистане, Роуди оставил свои обязанности, чтобы возглавить поиски.
Он просто отказывался верить, что Тони умер там в пустыне. И во всем мире не было силы, которая могла разрушить их дружбу - или, она заставила себя так считать.
- Мы перекинулись парой слов на базе, - признался Роуди. - Он сказал, что работал над кое-чем, но не для военных, - он передернул плечами, глаза потемнели, словно их накрыло пологом. - Начальство жестко насядет на меня, если провалится возможность заключения договора. Я сорвался на Тони, по-настоящему достал его.
И это последнее, что я сказал ему, - он прочистил горло. - Пеппер, ничего такого не поможет освободить его, где бы он ни был. Я знаю, ты чувствуешь вину…
- Вину? - повторила Пеппер, перебивая его. - И это тоже. Но знаешь что еще? Злость. Я в растерянности. А хуже всего, что я не могу никому рассказать обо всем, иначе они отправят меня в психушку. Обадая поступает странно, Джарвис не может вспомнить, почему мне нужно избегать его, правительство шпионит за всеми нами, а я так чертовски одинока, я изучаю эти чертовы… компьютерные взломы с планшета, чтобы хоть с кем-то говорить.
Мне уже тошно, - тяжело дышащая, с раскрасневшимися щеками, она наступала на Роуди. Он практически заполз на капот. - Меня не волнует, что ты и Тони поругались, или что эта информация принесет нам. Возьми чертов планшет. Засунь его хоть в задницу своему боссу, мне все равно. Просто сделай это.
Выдохнув очищающие душу тирады, Пеппер решила, что чувствует себя довольно неплохо.
Безусловно, ее кровяное давление дошло до стратосферы, а ногти оставили на ладонях следы в виде полумесяцев, но оно того стоило - наконец выплеснуть свои чувства тому, кто имел хотя бы отдаленное представление о том, что она пережила. Даже если он выглядел полностью ошарашенным такой вспышкой. Она и так все последние недели сохраняла равновесие и достоинство, насколько это было возможно.
- Господи, Пеппер. Бумажник в бардачке.
