Тони обнаружил себя до странности готовым, пусть его тщательно разглядывают, потому что просто так возвращаться обратно в Калифорнию совершенно не хотелось. Родственные души, не так ли сказал Фьюри? Темно-коричневые глаза скользнули по его броне, по люкам для оружия, по высоте его роста и наконец по его предположительно жутким золотым глазам. Бэннер загреб рукой вьющиеся коричневые волосы, и выражение его лица перетекло во что-то, напоминающее упорный отказ. Вот дерьмо.
- Я помогаю нуждающимся, - сказал он, голос звучал низко.
Тони не был уверен, почему; весь район чуть ли не следил за ними из теней. Наблюдали все, согласно тепловому видению. - Железный человек, да? Вы не из тех нуждающихся.
- Не из тех, - согласился Тони. - Но ты - да. Мой кровоток всасывает концентрированный уровень разъеденных мягких металлов и оставляет здоровые тромбоциты и клетки. Как ты думаешь, что я еще могу есть?
Несколько долгих секунд Бэннер изучал его, прижимая кулак к своему боку. Они все еще стояли в дверях, но пока Бэннер разговаривал с ним, Тони был рад оставаться и на крыльце.
- Что с вами случилось? - наконец спросил Бэннер, выражение его глаз нечитаемое. - Говорите быстро и честно. Мне не нравится, что вы нашли меня, и еще меньше мне нравится, что вы одеты в эту штуку.
- Костюм нужен был лишь для того, чтобы прилететь сюда. Я могу его снять, - оливковая ветвь - скрепка для любых хороших переговоров. Но губы Бэннера только изогнулись в кривую улыбку. Он покачал головой.
- Вполне возможно, что он вам понадобится. Расскажите мне все.
И Тони рассказал ему столько, сколько мог, примерно то же самое, что он выдал Фьюри. Нападение, яблоко, свечение, которое оно несло. Обо всех своих симптомах и об их отсутствии. О неспособности ядра палладия сдержать отдачу дугового реактора. Он изложил всю историю после Зимнего Сердца на пороге просевшей лачуги, абсолютному незнакомцу, посреди Калькутты, и если Тони собирался быть честным на этот счет, оно вроде бы хорошо ощущалось.
- Щ.И.Т., - спустя некоторое время произнес Бэннер, поморщившись. - Значит, они все это время следили за мной, да? А сейчас вы хотите, чтобы я вылечил то, что похоже на ваше собственное чудо, в то время как я——
- Я не хочу лечения, - прервал его Тони. Медленно подняв руки, он снял шлем. Остаточный свет визора озарил его лицо, освещая глаза. Бэннер напряженно нахмурился, подаваясь вперед, чтобы приглядеться. - Я хочу понять.
