Синяя кожа болезненно побледнела, он едва стоял на ногах, а Клинт пятился от него в страхе.
- Я…, - Клинт замолчал прежде, чем смог даже начать предложение. Его правая рука крепко прижалась к боку, а сам он уставился на хозяина, на Локи, как на ночной кошмар.
Вот дерьмо, в отчаянье думал Тони, конечно же, он не сможет взять себя в руки. Последний раз, когда Локи был ранен и плохо себя чувствовал, он чуть случайно не убил Клинта.
Но потом фонарь Клинта качнулся, пока он тер рукой лицо. Голубые глаза смотрели немного дико, он сглатывал, как будто его одолевал приступ тошноты, но, вроде бы, пришел в себя.
- Идите в солнечную комнату, - велел он. - Я приведу Наташу, - при упоминании ее имени Тони заметил, что Локи слегка дернулся в его сторону, но что-то делать, кроме как наблюдать, как Клинт тащит свою серьезную задницу в сторону парадной лестницы, было слишком поздно.
Тони осторожно ступал на ногу, которая, по ощущениям, горела огнем, мокрая одежда и влажный мех тяжело висели на нем. Солнечная комната находилась дальше по длинному коридору, но поддержки стен хватало, чтобы Локи шел самостоятельно, хотя и Тони подозревал, что держался тот больше на гордости.
Пока они возвращались, он почти прокусил губу, сдерживая любой звук, выдающий его боль.
Они едва успели рухнуть на диван у камина, когда Наташа толкнула дверь плечом и зашла, нагруженная подносом с чем-то похожим на тряпочные полотенца и подозрительной безымянной бутылкой самогона. Клинт шел сразу позади нее с двумя кувшинами горячей воды и кучей…
- Ночные горшки, - кивнул Клинт выражению лица Тони.
– Неиспользованные, парень, клянусь. Снимай одежду.
- Слушай, я в порядке, - заспорил Тони. – Помощь нужна ему, - на другом конце дивана Локи вновь согнулся, опустив голову и прижимая руку к укусу.
Наташа не обратила внимания на его слова, расстегнула ему рубашку, щурясь от света дугового реактора. Тони закрутил его до нормального состояния, не замечая ее засверкавший взгляд, когда она разглядела, как глубоко в его грудь уходит порт.
- Хозяин не позволит мне лечить себя, - тихо сказала Наташа ему на ухо. – А Клинт физически не сможет до него дотронуться. Он хочет, но не пересилит себя, и ты не будешь просить его это сделать, - Тони ничего не ответил.
В конце концов, он разделся до нижнего белья и завернулся в колючее шерстяное одеяло, а обе его ступни отогревались в горшке с теплой водой. Клинт тем временем обрабатывал укушенную голень смоченным в алкоголе полотенцем.
