Зимние костры

— Никто не сможет принудить меня к этому, викинг, а если даже заставишь меня принести клятву, я не сдержу ее, потому что давала не по доброй воле.

— Тогда ты сама решила свою участь. Он потянул Бренну к лошадям и посадил на Уиллоу. Девушка покорно ждала, пока Гаррик собирал их плащи и оружие. Сев на коня, он отнял у нее поводья, словно боялся, что Бренна снова попытается скрыться. Но что навлекла она на себя своей упрямой гордостью?

Бренна вздрогнула, глядя в спину молчаливого Гаррика. Скоро все станет ясным.

Глава 27

Огромный каменный дом маячил перед ними, окутанный мягким голубым светом полярного сияния.

Стояла глубокая ночь, когда Гаррик подвел лошадей к конюшне. Эрин поспешно вышел навстречу: на морщинистом обветренном лице сияли радость и облегчение, быстро сменившиеся отцовской строгостью.

— Постыдись, девочка, как ты могла убежать от нас? — проворчал он, хотя глаза весело сверкали."

"— Я убегала не от тебя, Эрин, а от него, — ответила Бренна, не обращая внимания на Гаррика.

— Да, девочка, здорово ты меня перепугала, — продолжал Эрин.

 — Могла бы по крайней мере подождать до весны, хотя бы не мерзла в снегу.

— Довольно, Эрин! — велел Гаррик и грубо схватил Бренну за руку.

Девушке не удалось даже попрощаться со стариком: Гаррик бесцеремонно потянул ее к дому. Когда они почти подошли к задней двери, он резко свернул направо, и Бренна немедленно остановилась:

— Куда ты меня ведешь?

Гаррик, не ответив, снова дернул ее за руку, Бренна упиралась, стараясь вырваться. Она уже поняла, что ее ждет впереди, только до сих пор не могла поверить.

В боковой стороне дома, выходившей на фьорд, виднелась маленькая деревянная дверца, с зарешеченными железным прутьями квадратиком. Гаррик распахнул ее. Из-за близости к фьорду в крохотной комнатушке было сыро и темно, словно во влажной ледяной пещере.

Гаррик отступил в сторону:

— Твои покои, госпожа.

Бренна с ужасом взглянула на него:

— Неужели ты запрешь меня здесь?

— Это самое легкое наказание за побег, — нетерпеливо бросил он.

— Но как ты можешь так поступить после того, как я спасла тебе жизнь? Неужели это ничего для тебя не значит?

— Почему же, я благодарен.

— И таким образом доказываешь это, викинг, — язвительно прошипела Бренна.

— Если я прощу тебя, Бренна, каким примером это послужит остальным рабам? Те решат, что тоже могут безнаказанно сбежать.

Но Бренна не собиралась умолять о пощаде.

— И сколько ты продержишь меня здесь?

— Три или четыре дня, пока не раскаешься.