Альмейда вновь изобразил из себя изваяние, Аларкон еще не вернулся. Рядом грызет удила Альберто. Альмейда был немногим старше, когда вместе с Алвой угнал «Каммористу». Теперь огонь ушел под землю, но тем страшней, если он проснется...
– Кэцхен! – рука Альберто указывает на юг. – Три!
Полосы-стрелы возникают из ниоткуда, мчатся к сближающимся эскадрам, будоража и без того недоброе море. Тем, кто окажется у них на пути, несдобровать. Топить большие корабли кэцхен не под силу, иначе б Хексберг не стал портом, но разорвать паруса, спутать снасти, окатить ледяной водой, сбить с курса шквал может.
Подъем, крен на правый борт, спуск, крен на левый, и вновь подъем...
Арьергард закончил поворот, теперь обе колонны идут навстречу друг другу параллельными курсами.
– Двадцатая хорны, – бормочет Берто.
– К бою, – бросает Альмейда. – Открыть порты!
Если кэцхен вернутся, нижние палубы захлестнет, но кэцхен бояться – в Хексберг не ходить...
– Порты второй палубы открыты! – доносится со шканцев.
– Выдвигай!
Пенная черта скользит меж колоннами, пляшут волны, ветер срывает с них пенные гребни.
Не причинив никому вреда, кэцхен уходят в глубь залива. Пусть они обойдут Вальдеса стороной.
– Порты открыты, – докладывают с нижней палубы, – пушки выдвинуты...
2Колонны продолжали сходиться, но теперь корабли шли медленно, почти ползли. Верхние паруса были убраны, реи закреплены цепными боргами. Артиллеристская прислуга закончила таскать картузы с порохом и ядра и вовсю мочила швабры – тушить искры и притирать рассыпанный порох.
Хорошо, что палуба не просто мокрая, все: дерево, такелаж, парусина – отсырело насквозь.
– Зажечь фитили, – приказал Шнееталь. Капитан успел сменить шейный платок на парадный, снежно-белый.
– Фитили горят!
– Авангард доносит: «Противник вышел на параллельный курс. Сбрасывает паруса».
– Хорошо..."
"Хорошо, что авангард ведет Бюнц, и хорошо, что он получил повышение. Кесарь утвердит представление Ледяного, не может не утвердить! Зепп знал капитана «Весенней птицы», коренастого, светловолосого, похожего на торгового шкипера.
Руппи говорил, Бюнц давным-давно стал бы шаутбенахтом, не будь он столь откровенен в своей ненависти к принцу Фридриху, особенно если выпьет.
– Пушки верхней палубы к бою готовы...
– Вторая палуба. Лейтенант цур зее Ойленбах готов открыть огонь.
– Докторская команда готова.
– Третья палуба. Лейтенант цур зее Гаульман готов открыть огонь...
– Палубная команда готова.
Готовы... готовы... готовы...
