– Но кто прикрыл тебя, когда ты украла целую пачку мороженого из маминой сумки и потом наблевала на собаку миссис Гарсиа пять минут спустя?
– Лиам, – сказали одновременно Джейс и я.
У Коула заходили желваки."
"– Ладно. Но мама знала, что Лиам ненавидел мороженое, так что она не поверила ему. И обвинила во всем меня.
Я не смогла сдержать смех. Коул жутко злился, что ему пришлось отдать свои карманные деньги миссис Гарсиа, чтобы она отвела свою собаку в парикмахерскую, но я сказала, что это его расплата за вазу.
Никто не мог этого знать, кроме Джейса и Коула.
Я взглянула на Джейса, который наконец-то улыбался, и не смогла поверить, что не заметила этого раньше.
– У тебя мамина улыбка.
Затем я переключила внимание на Коула.
– А ты похож на папу.
Он поиграл бровями.
– Только намного красивее, да?
У меня изо рта вылетел смешок. Прозвучало очень в стиле Коула.
Тогда до меня наконец дошло.
– Погодите… если вы, ребята, такие взрослые, то сколько лет мне?
Они обменялись нервными взглядами, прежде чем Джейс ответил:
– Восемнадцать.
После этих слов у меня возникло ощущение, словно мне на голову свалился кирпич.
– Я провела в больнице десять лет?
– Не совсем, – пробормотал Коул, прежде чем Джейс наградил его предупреждающим взглядом.
– Что? – Я попыталась сесть, но боль не дала мне этого сделать. – Что это значит?
Коул вздохнул.
– Ты здесь уже месяц.
Это еще больше меня запутало.
– Как это? Если мне восемнадцать, значит, авария была десять лет назад. Но если я в больнице месяц… – Я замолчала посреди предложения, потому что они должны были ответить мне на другой важный вопрос.
– Где мама? Где Лиам? Почему их здесь нет?
Мама должна быть здесь.
Джейс сжал мою руку.
– Я понимаю, тебе тяжело, но все будет хорошо.
– Где она?
Я устала от того, что никто не говорит мне, что с ней.
С ними.
Я повернулась к Коулу.
– Где…
– Коул, нет, – предупредил его Джейс.
Почему никто не говорит мне правду?
– Почему…
О, Боже.
От боли на лицах Джейса и Коула у меня внутри все перевернулось.
– Что с ней произошло?
Где они ее держат?
– Мама… – начал Джейс, но вдруг его голос сорвался в середине предложения.
– Авария, – произнес Коул надломленным шепотом. – Мама не выжила.
– Нет! – закричала я, отказываясь в это поверить. – Ты врешь.
Этого не может быть.
Она бы меня не бросила.
– Бьянка…
Это последнее, что я слышала, прежде чем горе впилось в мое сердце своими длинными когтями… А мир вокруг стал тьмой.
