— Зачем такие крайние меры? Я просто собираюсь прямо сейчас придумать тебе какое-то поручение и отправить к моему отцу. Мне ничего не надо говорить — пусть сам посмотрит и начнет делать выводы.
— Хитро! — рассмеялась она. — Но у меня на такой случай брюки в сумке.
— Хитро… — признал я в ее лице достойного противника. — Но победу пока не празднуй, не на того нарвалась.
— Да знаю я, на кого нарвалась, — как-то тише и спокойнее ответила Таня.
Эта фраза смутила непонятностью.
До сих пор вырисовывалась такая картина: ей дико не понравился мой первый прием, но наших отцов она огорчать не собиралась, потому и решила держаться, пока я сам ее не уволю. А я ее не уволю по тем же самым соображениям. Ничего личного. Но в последнем прозвучало именно личное:
— Таня, ты как-то слишком охотно воспылала ко мне ненавистью.
Она склонила голову и не ответила, пришлось продолжить самому:
— Это из-за того, что я не хотел принимать тебя на работу? Но ты так правдоподобно синела полосами.
А потом неожиданно переметнулась на темную сторону. И теперь я хочу видеть тебя на этой должности еще меньше. С моей стороны легкая неприязнь логична.
— С моей тоже, — ответила она и вышла в открывшиеся двери.
Взгляд снова зацепился за прорезь в джинсах. Но теперь я думал совсем о другом.
Такая подставит — наглости хватит, сорвет переговоры или сделает опечатку в нужном месте, которую я когда-нибудь пропущу.
Но притом будет изображать из себя рабочую пчелку, чтобы не нашлись свидетели законности ее увольнения. И откуда ждать подвоха? Да откуда угодно! Теперь мне придется каждую бумажку проверять по десять раз, чтобы не вляпаться в неприятности… Интересно, отец предполагал, что именно так может все обернуться? И поверит ли, если я прямо об этом скажу?
В любом случае, мне выгодно сейчас охладить пыл. Подошел к столу, где она уже размещалась, и произнес проникновенно, продумав каждое слово заранее:"
"— Татьяна, предлагаю объявить перемирие.
И приношу извинения за свою первую реакцию. Я готов дать тебе шанс проявить себя и буду оценивать твои навыки по факту, а не по первому впечатлению. Сделай, пожалуйста, кофе. И три ложки сахара, помнишь?
В ответ она вскинула обе брови. Я не стал дожидаться пламенных признаний в бесконечной преданности, а пошел в кабинет.
