Злодейка

 – Вы все за идиотку меня принимаете! Конечно, я инвалид, но голова моя, слава Богу, в порядке! Не понимаю, на что вы все рассчитываете? То, что это примитивное мошенничество, видно за версту! И вы, господин следователь, как представитель закона участвуете в жалком фарсе!

– Рад бы в нем не участвовать, да от меня мало что зависит. Батюшка ваш покою мне не дает, боюсь, если дело так пойдет, так окажусь в «желтом доме», и уж тогда точно ничего уже не поделаешь!

– Но я не верю в эти сказки! Отец всегда отличался трезвым умом и разумным подходом к жизни! Он всегда высмеивал предрассудки и человеческую темноту Насколько я помню, мой отец, между прочим, и твой, Марго, – она сверкнула глазами в сторону мачехи, – увлекались науками о естестве природы.

И всякая мистика была им чужда!

– Позвольте заметить, сударыня, что именно сие несоответствие и поражает наше воображение, заставляя думать по-иному! А именно, что ежели даже такие души оказались подвержены магическому воздействию, значит, и впрямь оно всемогуще! И я, простой ничтожный человечишко, пребываю у начал великих тайн!

– Вот уж кому точно надо отправляться в лечебницу для сумасшедших, так это тебе, голубчик! – ядовито заметил Литвиненко.

 – А вам, Константин Митрофанович, должно быть стыдно участвовать в этой комедии. Вам надлежало бы отдохнуть и полечить нервную систему, а потом жениться на здоровой толстой бабе. Вот и встанет все на свои места, и не будут обуревать вас греховные иллюзии. А теперь вы должны упрятать больного подальше, потому как он опасен для общества.

Также долг требует от вас внимательно отнестись ко всем этим людям, – он кивнул головой в сторону Марго и Гривина, – которые вот уже несколько лет пытаются извести отца и дочь Прозоровых, надеясь получить их капиталы. И как видим, небезуспешно. Вас обманули, опоили дурманом, опутали, но вы еще можете восстановить свою репутацию первоклассного сыщика. Арестуйте их всех, защитите госпожу Гривину от их интриг!

– Достойная речь, любезный доктор! – ответил Сердюков. – Однако на месте госпожи Гривиной я бы серьезно призадумался, отчего это доктор так печется о чужих деньгах? Не потому ли, что сам имеет на них виды? И очень давно потихоньку приручает к себе богатую наследницу, используя методы, о которых мы пока вслух говорить не будем.

– Ваши грязные намеки оскорбительны и для меня, и для Варвары Платоновны! – зарычал доктор и, поднявшись с кресла, двинулся на следователя.

– Помилуйте, отчего же намеки? – деланно изумился Сердюков.