Злодейка

В Цветочном ее ждала прежняя комнатка, на кровати было разложено новое роскошное светло-зеленое платье из тяжелого бархата, которое было заказано и оплачено Прозоровым вместе с подвенечным нарядом для дочери. Маргариту не порадовало даже оно, хотя доселе у нее не было такого замечательного платья, к тому же так удачно гармонировавшего с цветом ее волос. Только она уныло принялась устраиваться, как послышался стук в дверь, и в комнату заглянул Гривин. Маргарита сильно вздрогнула, хотя и надеялась увидеть его. Дмитрий стремительно вошел и, затворив дверь, обнял девушку.

Какое-то время они молча целовались, потом управляющий произнес:

– Я страшно переживал за тебя! Чем мне искупить вину перед тобой? Как приглушить твою боль? – спросил он, заглядывая в ее глаза.

– Люби меня вечно, – просто ответила Маргарита.

– Обещаю тебе! Но и ты не забудь о своем обещании!

– Не беспокойся, никто не узнает нашей тайны. – Марго нежно отстранилась от обожаемого лица. Что привело его сейчас сюда, страстное желание увидеть любимую или страх быть разоблаченным?

Дом гудел как улей.

Гости все прибывали, стояли суета и гам. Взбудораженная Варвара пребывала в бесконечных хлопотах и постоянно требовала Маргариту. Наконец длительный и шумный день завершился, все затихло и замерло. Уставшая Маргарита сидела в саду на скамейке. Если беготня и дневные хлопоты не давали возможности предаваться грустным мыслям, то теперь они обрушились на нее с новой силой. Венчание в воскресенье, через три дня. Как пережить это?! Где взять силы улыбаться невесте и любоваться ее красотой в храме, подойти и непринужденно поздравить жениха, кричать вместе со всеми: «Горько!» и проводить молодоженов в спальню?

Маргарита прикрыла глаза и прислонилась к дереву.

В этот момент послышался шорох, и перед скамейкой возник мужик с косматой головой, Девушка открыла глаза и посмотрела на пришельца с недоумением.

– Не узнаете, барышня? – Мужик заулыбался щербатым ртом. Маргарита пожала плечами.

– Кондратий я, Маргарита Павловна, из Горловки.

Припоминаете?

– А, да! Вспомнила! Чего тебе тут надобно? – последовал равнодушный ответ.

– Вас ищу, барышня. Просить вас об одной милости!

– Знаю я, о чем ты! – досадливо махнула рукой девушка. – Опять о книгах своих толковать будешь.

– О них, о них, матушка! Только ты и можешь мне помочь! Ведь ваша старая барыня совсем уж, прости Господи, из ума выжила! В собственном доме не помнит, где что есть! Так и сказала мне: не помню, мол, куда Павел Николаевич их задевал.