Злодейка на полставки или драконий переполох

К демонам! Уинтер ее не получит. Никогда.

В этом он не сомневается. Остальное — просто игры, которые он находит занимательными и испытывая своеобразное удовольствие от этого процесса, подыгрывает ей.

Ну да, она зачем-то решила разорвать брачные договоренности. Избегает его. По крайней мере пытается.

Это злит. Да он просто приходит в ярость. Особенно от Хорста, ошивающегося вокруг баронессы. Гуго он бы вообще с радостью и наслаждением свернул бы шею.

Но Александр нутром чует, что Хорст не единственная и даже не основная проблема.

Есть что-то или кто-то еще. Инстинкты чувствуют.

Как только Уинтер выпадает из его поля зрения, тут же он острее чувствует сгущающиеся краски вокруг нее.

Чувствует каждой клеткой, всем своим существом, до одержимого желания запереть ее подальше от всех…да хоть от всего мира. Пока он не разберется до конца, что является источником этой опасности.

А Уинтер как назло, постоянно стремится от него отдалиться, создать между ними пропасть. Это приводит его в звериное бешенство, которое все сложнее контролировать.

Он придумал способ, неплохой как ему казалось ранее, сделать так, чтобы девушка была у него постоянно на виду. Повесить на Уинтер необходимость по поиску «черных» ловушек.

Пусть думает, что он хочет ее использовать, пусть злится и обижается, но на время пока идет расследование, она точно будет под присмотром.

Он и не пытается казаться лучше, чем он есть.

Собственные мысли и чувства никогда не были для Александра секретом. И ни в чем он никогда ранее не видел полутонов.

Всегда четко разграничивал любые свои взгляды и эмоции.

Впервые на прямой вопрос он ответил «я не знаю».

Дрогнувшие от обиды ресницы девушки, словно лезвие, резанули по тонкой нити, связывающей их.

Конечно, он все понял.

Его звериное нутро зло скалится. Он — причина ее боли.

И конечно в очередной раз она предпочла сбежать.

Привел бы он ее в комнату переговоров, если бы знал, что так будет?

Он сделал бы это снова и снова, потому что на короткое мгновение Уинтер не закрывалась от него.

Когда она словно в дурмане потянулась к дракону, преодолевая застенчивость и ее чувственный вздох осел на его губах — что-то в нем затрещало. Нутро словно обдало кипятком и кровь бешеным потоком разлилась по каждой мышце, заставляя их окаменеть и напрячься.

«Уинтер, что ты со мной делаешь?»

Это длилось так недолго, но так сладко. Прокручивал был этот момент раз за разом, возвращался бы и повторял снова…

«Уинтер, ты моя, как не сопротивляйся.