Злодейка на полставки или драконий переполох

— Откуда такие мысли? — по инерции отрицаю я. — Просто хочу побыть с вами наедине.

Только хочу добавить: «а не прогуляться ли нам в сторону сада, где людей поменьше», как в глазах дракона вспыхивают хищные огоньки.

Он явно мои слова трактует по своему и продолжая кружить меня в танце, тянет в сторону.

Внезапно перед глазами закрываются призрачные лепестки и музыка стихает.

— Как? — ахаю, осознав, что Александр заманил меня в один из цветков. — Почему?

Голубые глаза мужчины фокусируются на моем лице. На губах играет улыбка.

— Вы же хотели остаться наедине, — тянет мужчина. От звучания хрипловатого тембра меня пронимает. — Боюсь, теперь мы в ловушке.

— И как нам выбраться?

Чувствую подвох, а параллельно чувственную дрожь, которая охватывает мое тело.

Александр будто уловив мое настроение, прикасается кончиками пальцев к моему подбородку.

— Это же романтическая иллюзия.

— И? — с придыханием поднимаю на него глаза.

— Надо добавить романтики, — тихо усмехается он. — Возможно тогда мы получим свободу.

Он наклоняется к моим губам. Так стремительно, что сердце пропускает удар. А затем вдруг замирает, сохранив немного расстояния, прежде чем поцеловать.

Он словно играет со мной. Смотрит и анализирует реакцию.

Я взбудоражено хлопаю ресницами. Его дыхание оседает на моих губах, по коже проходит ощутимая дрожь. Я сама дышу предательски часто и беспокойно. Кислорода не хватает от волнения.

— Возможно? — растерянно уточняю.

— Я не гарантирую, — с иронией произносит, удерживая мой взгляд.

Ладонь Александра резко смещается на мой затылок. Одно едва уловимое мгновение…

Он притягивает меня к себе и мои губы словно опаляет огнем.

Так чувственно и одновременно требовательно, мужчина углубляет поцелуй, заставляя меня раскрыться ему навстречу.

Но по моему телу проносится ураган. Мысли окончательно спутываются. Я теряюсь в ощущениях, не замечая, как его рука треплет мою прическу.

Даже не обращаю внимание на раскрытые лепестки ловушки.

Продолжая сминать мои губы, Александр доводит меня до такого состояния, что дрожу, слабею и чувствую, как меня простреливает сладкий спазм, от которого я забываю как дышать.

Он целует так, что губы саднит, будто к ним прикасается раскаленный металл и кровь превращается в лаву, обжигая нутро.

Словно удерживает себя на грани и подводит меня к ней.

Весь его дикий нрав пропитывает каждое движение губ и языка. По своему подчиняя и захватывая в плен.