Злодейка на полставки или драконий переполох

Но на глаза вдруг попадается палка, торчащая из под колеса.

Хватаю ее. Дергаю. Не выходит. Застряла.

Неожиданное ржание лошадей и я с рывком вскакиваю.

Палку, правда, вытащить получается.

— Бу! — кто-то выдыхает мне на ухо.

— Ааааа! — с воплем оборачиваюсь. Озноб разрядом тока проходит по телу.

Разглядеть получается только злой оскал на мясистой физиономии, исполосованной шрамами.

Этот тип точно огромный. Выше меня.

Мне достаточно. Любоваться на него желания нет.

По инерции замахиваюсь. Удар. Сухая палка ломается пополам.

Затем огромная ручища перехватывает оставшуюся часть в моих руках и со всей дури дергает ее на себя.

Ладони обжигает болью.

В последний момент выпускаю деревяшку из руки и лечу в сторону.

С глухим ударом о землю падаю, переворачиваюсь.

Стискиваю зубы. В глазах искрит. Учащенный пульс вот-вот разорвет мне грудную клетку.

— Ну и кто это у нас здесь? Чем порадуешь? — любезно интересуется человек-шкаф. Если он вообще человек.

— Богатенькая, — приторно цедит еще кто-то.

Проклятье, на меня напали разбойники.

Тряхнув головой, прикусываю губу. Заставляю себя подняться на корточки.

Их не двое…больше. Один шкаф, второй худосочный.

Третий отвязывает лошадь. И четвертый ногой сталкивает мой багаж. Все содержимое вываливается на землю.

Состояние шока не дает мне собраться. Все происходящее кажется очередным кошмаром, от которого просто хочется машинально абстрагироваться и воспринимать так, словно смотрю на это со стороны.

— Так-с, — худощавый поворачивает в мою сторону голову, заставляя меня задрожать от ужаса. — Киса, ты такая напуганная. Хочешь, я тебя развеселю?

Отрицательно мотаю головой, мгновенно вскакиваю на ноги, которые безумно дрожат. Меня ведет в сторону.

В спину ударяет похотливый смех.

Очухиваюсь, подхватываю юбки и бегу.

— Киса решила нас покинуть, — громко усмехается худощавый.

— Далеко не убежит! — отвечает кто-то.

Я едва не спотыкаюсь, когда мне преграждают путь.

Круто разворачиваюсь и понимаю, двое разбойников как раз преградили другую сторону дороги.

Упругие колоски бьют и царапают кисти, цепляются за юбку.

— Киса не хочет, что бы я ее согрел.

Один из них воет волком.

Но обернуться на ходу меня заставляет не этот вой. Нечто другое. Внутреннее чутье.

Мой взгляд машинально скользит выше преследователей.

Смотрю на холм на противоположной стороне от дороги.

Там стоит скрытая темной мантией с капюшоном фигура и наблюдает.