Злодейка требует тортик (СИ)

Наше появление вызвало интерес — все знали о ссоре маркиза Артура с дочерью, и появление с внучкой вызвало у многих интерес. Получив такое большое внимание, смутилась. Я привыкла быть безликой толпой, но никак не в центре внимания, пусть даже это будет длиться пару мгновений.

— Ах, милая Элиана, наконец ты добралась до бала! — предо мной внезапно появилась мама, которая непривычно крепко обняла. — Отец, я же просила, чтобы не так поздно!

— Немного увлеклись картинами периода десятой войны империи, — вежливо улыбнулся маркиз, и, когда я растерянно посмотрела на него, бросил предостерегающий взгляд.

За его спиной замечаю Евелику. Прищурившись, девушка внимательно смотрела на меня.

— Мам, ну не ругайся, это было так интересно! Дедушка прекрасный рассказчик! — и уже негромко добавляю, но так, чтобы было слышно. — Про картины было гораздо интереснее слушать, нежели про платья.

— Элиана, дома тебя ждет серьезный разговор! — с улыбкой шутливо грозит «мама». Отступив от нее, я приветствую отца, а затем под предлогом сбегаю.

Люди Андреса прекрасно играли роль, и даже предугадывали, что бы сказали настоящие родители, но, глядя на них, было не по себе. Как ребенок, я чувствовала, что это мне те люди, которых любила. Но, к счастью, у меня и было объяснение подобному чувству. Если я бы не знала, то, наверняка, сошла с ума от беспокойства.

Растерянно обвожу взглядом зал, ища каштановую макушку. Я помнила, что Балео прибыла на бал раньше Афины. Но вот только где она?

Внезапно чья-то рука опустилась на плечо, заставив меня испуганно подскочить на мести, и шумно охнуть.

Сердце испуганно забилось в груди, боясь увидеть за спиной Евелику, но, обернувшись, и увидев подругу, успокоилась.

— А ты трусишка, — насмешливо прокомментировала мой испуг Хлоя, и я огрызнулась:

— Если еще раз так подкрадешься, то меня будут выносить вперед ногами.

— О! А неплохая идея!

— Да шучу я, — проворчала девушка. — Чего сразу возмущаться? Как твои родители?

— М-м-м… Весьма бодры.

А твои?

— Да тоже не только бодры, но и веселы. Отец, думала, и вовсе в объятиях задушит.

— Что-то много столь публичных объятий… — растерянно пробормотала я, невольно бросая взгляд на Евелику, окруженную молодыми аристократками. Компания была довольно шумной, но, и, что самое удивительно, этот шум у многих вызывал лишь улыбку.

Магия очарования и вправду страшная. Или я просто старею, превращая в ворчливую бабульку.