Злодейки не плачут

Выдавало его то, как он оперся на собственные колени и скрестил руки.

— Состояние пациентки удовлетворительное, — отозвалась ему медсестра, которую декан тут же попросил покинуть палату и оставить нас наедине.

— Вроде бы нормально. Что с Вельмой и Ароном? Они целы? Живы?

— Хазерхофф и Круч целы. Они в полном порядке.

— Хорошо, — я облегченно выдохнула. Теперь можно и подумать о себе. — Меня отчислят?

— Нет. Ты так плотно обмоталась щитами, что даже профессор Сток позволил себе нецензурную брань, пока высвобождал тебя.

При таком подходе пострадать могла только ты. И это хорошо, но в таких случаях всё равно исход один. Однако, беря во внимание дополнительные обстоятельства, которые спровоцировали перегруз, никто тебя наказывать не будет. Так что выдыхай.

Вот тут я совершенно точно потеряла дар речи. И когда это академии было дело до личной жизни студентов? Возможно, за меня заступился отец и нашел способ повлиять на ректора? Или даже декана?

— Однако на три месяца ты лишаешься права выхода за территорию.

Даже поездки домой недопустимы. С твоими родителями я уже связался, так что не переживай. Они в курсе. Если захотите поговорить, то мы выделим тебе отдельный магический канал для связи с родными.

Что три месяца? Ну, я же только собиралась жить нормальной жизнью!

От таких новостей я обессиленно упала на кровать и тут же прикрыла глаза, страдальчески поджав нижнюю губу.

— Бросьте, Риар, вам повезло! Всё могло закончиться куда хуже.

Пожалуй, соглашусь.

Декан ушел довольно быстро, у него не было времени рассиживаться со мной, да и желания. Моего в том числе. Как только он покинул палату, то я довольно быстро провалилась в сон. Мне снилось тепло, которое согревало меня, ласкало, и я парила в нем так легко и свободно. Во сне было хорошо, но чей-то назойливый шепот заставил проснуться.

Две медсестрички шушукались прямо у меня за дверью. Обсуждали кого-то из персонала, и я зацепилась за фразы из разговора, лишь когда они стали говорить обо мне.

Вернее, о том, что в приемный покой меня принес некий красавчик. Вот Вельма будет довольна! Её Арона расхваливали со всех сторон. При этом хихикая и делясь подробностями, как бы они стали его лечить, будь это их пациент. Потом, похоже, всех спугнул главврач, потому что раздались размашистые шаги, настала благоговейная тишина, и я снова погрузилась в сон.

Выписали меня только через два дня. Бинты сняли, обошлось без шрамов и прочих неприятностей.