Хотя, если говорить начистоту, то со стороны и впрямь выглядела дурой в теплом пальто и осенних высоких сапогах посреди летней жары. Я стянула верхнюю одежду и перекинула через руку, еще раз огляделась. Такое впечатление, будто попала в Нью-Йорк. Если б еще прохожие не по-русски разговаривали, а так ерунда какая-то. Где мой законный Питер? Где лужи? Где моя кровать? И что, вообще, за фигня такая?
Я поймала какую-то женщину неопределенного возраста.
– Простите, что это за город?
Она испуганно уставилась на меня и попыталась вырваться.
Не на ту напала. Я мертвой хваткой вцепилась в ее локоть.
– Так что за город?
– Саммертхол, – пропищала несчастная, вырвала руку и убежала.
– Чего-чего? – заорала я ей в след.
– Саммертхол, – деловито повторил пожилой мужчина, – меньше пить надо и употреблять всякой дряни.
– В каком это смысле? Да я… Да я только кальян курила, и то раз в жизни!
Но дяде было наплевать, он давно уже скрылся в толпе. Уподобившись персонажам русских сказок, почесала затылок, потом сообразила залезть в сумку в поисках книги Пыжиковой.
Таковой там не оказалось.
Из уст моих снова вырвался поток брани. Пошарила получше. Все на месте, а вот романа нет. Тяжело вздохнула, перевела взгляд на небо и едва не поперхнулась. Большими золотыми буквами над моей невезучей макушкой красовалась надпись:
«Елена растерянно оглядывала прохожих. В ее голове вертелись всего два вопроса: как она сюда попала и где искать помощи?»
– Неправда! – совершенно искренне возмутилась я.
– Вопросов больше, и второго среди них нет.
– Девушка, вам помочь? – бугай размером с платяной шкаф сально изучал мою фигурку. Я отрицательно мотнула головой, повторила разворот на сто восемьдесят и метнулась обратно в бар. Там подумать можно и алкоголь есть. Быть может, меня на улице по голове треснули и я глюки ловлю на фоне черепно-мозговой травмы и случайного чтива про старого мальчика-гота?
Не оглядываясь, проскользнула к барной стойке мимо толпы вдрызг пьянющих баб юного возраста, среди коих, кстати, и приметилась девица в кожаной куртке и красной юбке.
Она равнодушно пялилась в окно и не шибко пила в отличие от остальных.
– Парень, ты отечественную валюту принимаешь? – отвлекла я бармена от пристального изучения моей персоны.
– Чего? – не понял он.
Я расположилась на высоком стуле.
– Говорю, рубли за выпивку берешь?
– Я все беру, милая.
– Вот и круто. Дай-ка мне рома, солнышко.
Парень рассмеялся, в два счета налил требуемое.
![Обложка книги Темный в моем сердце: Насмешка небес [СИ]](/uploads/posts/images/3/temnyi-v-moem-serdtse-nasmeshka-nebes-si.jpg)
