Злодей не моего романа

Нет, с «умная» Рик определенно переборщил.

Резко подалась вперед и, встав на носочки, прижалась к его губам. Он целовал, прижав к стене, нежно, страстно, томительно долго. Одна за другой сознание смывали волны наслаждения близостью, абсолютной близостью, не только физической, но и духовной. Я поняла. Вот оно, то, чего так боялась, – я срослась с этим мужчиной, стала единым целым окончательно…

Метро встретило нас своим непередаваемым, неповторимым запахом резины, прохладной сырости и еще чего-то, что есть только в подземке.

– Что это?

Он молча протянул мне бумагу. Я опустила жетон, дошла до эскалатора и только там развернула. Заранее знала, что это будет фотография и описание пропавшего человека. Чаще их печатают на черно-белом принтере и развешивают по городу. Как правило, пропадают подростки, дети… С листка на меня смотрел молодой мужчина, красивый молодой мужчина. Я удивленно взглянула на Рика.

Он расстегнул карман куртки и вынул еще один свернутый портрет. На фотографии был изображен милый юноша лет двадцати. Он улыбался. Эту фотографию, наверно, любящие родственники или родители взяли из домашнего архива. Я поймала прищуренный взгляд пожилой женщины ступенью выше и, сложив оба листка, вернула их Рику. Он прижал меня к себе, склонился к уху.

– Их будет больше.

– Насколько? – прошептала я.

– Не знаю. Смотря для чего они нужны Марианне.

Сердце подпрыгнуло к горлу, потом упало в живот и пустилось наутек.

– А Гриша ничего толкового сказать не смог?

– Нет. Он указал место, но она ушла. Георг поведал ей о тебе все, что знал, в том числе и об этом мире. Она здесь одна. Закона над нами нет. Марианна любит власть.

Я с ужасом представила стервозную всесильную бабенку, помешанную на своем превосходстве над окружающими.

– И как теперь… – Я беспомощно взглянула на него.

– Доверься мне.

Я кивнула. Как часто слышишь эту фразу от мужчин? А как часто мужчины воплощают эту фразу в реальность? Я знала, мой Бес сделает, и знание это не омрачала тень сомнения. Говорят, женщины в отношении мужчин привередливы, стервозны, разборчивы, капризны – эпитетов немало, только все они ложны.